Отлепившись от стены, бегу к выходу следом за Андросовым. Слышу смех и обрывки разговора позади себя, но сути не улавливаю. Вся в своих переживаниях.

Так нельзя… Кто-то должен сказать Яну… Свят бы это не проигнорировал…

Секундный порыв, и я разворачиваюсь.

И тут же об этом жалею.

Толпа продолжает шагать на меня. Но я уже не могу сдвинуться с места. Прижимаю к груди органайзер и, зажмуриваясь, замираю в ожидании столкновения.

И лучше бы так и случилось! Лучше бы Нечаев меня снес! Лучше бы растоптал!

Ведь это предпочтительнее необходимости разговаривать с ним. Господи, да просто находиться рядом! Он ведь останавливается так близко, что я, бурно тягая воздух, как астматик во время приступа, улавливаю не только запах его шампуня или геля для душа, но и тепло его дыхания.

– Ты что-то хотела?

Голос Яна через вибрирующие мембраны охватившей меня паники слышится сиплым и взволнованным. Не понимаю, что со мной происходит, но это почему-то добивает. Вынося меня за пределы возможного, бросает в кипящий водоворот, с которым я прежде знакома не была.

Снаружи мое тело горит, а внутри пульсирует и трепещет.

Меня трясет и шатает. Меня сносит. Меня наживую ломает.

Укрыться негде. Если бы мы были где-то на улице, клянусь, что смогла бы голыми руками вырыть нору, только бы спрятаться.

От него.

Ведь он разрушает. Снова творит со мной какие-то паранормальные штуки.

– Ты собираешься сражаться?

Странный вопрос. Я ему что – воин?! Странный… Но именно он заставляет меня открыть глаза и сбить на лету руку, которой Ян собирался прикоснуться к моей щеке.

Вообще оборзел?! Сколько можно меня трогать?!

Глядя Нечаеву в глаза, все, что мне хочется – это плакать. Но я сжимаю руками собственные плечи и на одном дыхании выпаливаю то, что просто обязана ему сказать.

– Почему ты цепляешься именно к Валику? Потому что он слабее?

Ян вскидывает в удивлении брови, качает головой и смеется.

Словно то, что я спросила, бред. Словно я сама кажусь ему безгранично глупой. Словно исключительно забавы ради он тут и стоит.

Но если так, то… Что это за тени в глубине его синих глаз? Каким образом из-за них в моей груди собирается нечто такое одуряюще необъятное и всепоглощающее? И как мне это пережить?

– А почему ты любишь лишь тех, кто перед тобой заискивает?! Кто стелется! Кто прислуживает! Кто угождает! Кто потакает твоим страхам!

В коридоре стоим только мы… Я и Ян – демон из моего прошлого. А у меня чувство, словно я на главной площади города. Голая. Нет, больше. Он сдернул не только одежду, но и кожу. Если не сказать, что вывернул меня наизнанку.

– Неправда! – выкрикиваю Яну в лицо.

Это все, что я могу.

А он… Смеется."

"– Можешь меня ударить за Андросова, если это не так.