Плюгавый мужичок в мешковатом пиджаке и клетчатом берете с помпоном, о котором охрана не доложила, вошел без стука и Леоне точно знал, явился он не с улицы и через забор не переходил.

– Мое почтение, Ваше Сиятельство, – мужичок поклонился, как гуттаперчевый, и, кося одним глазом, проговорил. – Хозяин хочет с вами свидеться. Сейчас прямо.

– Я не против, – Константин отложил бумаги. – Место встречи? Нейтральная территория?

– Да нету-нет! Это надо обговаривать долго и все такое… – замахал руками мужичок. – Он сам к вам придет. По-дружески. Разговорчик один есть.

– Хорошо, – под стальным взглядом Леоне мужичку явно стало неуютно. – Передай, я его жду.

Когда посланец вышел, Леоне поигрывая своей любимой нагайкой, невидяще уставился в окно. Он не волновался и не боялся, но красивые мужскиепальцы сжимали хват чуть сильнее, чем было надо."

"Вскоре уголок черного ковра приподнялся, и из-под него вылез невысокий плотный мужчина в снежно-белом костюме. Из кармана у него торчал пышный шелковый платок, и в целом выглядел мужчина франтом, если бы не пляжные черные сланцы, которые на его босых ногах смотрелись совершенно нелепо.

– Дорогой мой Константин! – с умилением воскликнул мужчина и полез к Леоне целоваться в духе партийных вождей знаменитой некогда, но ныне развалившейся республики. – Оченно рад тебя видеть! Как молодая супружница? Уж мог бы и на свадьбу-то пригласить! Ну, ничего, ничего, на крестины-то позовешь, небось. Я хорошим крестным буду, и не сомневайся, мой дорогой!

Ласковые речи мужчины и дружелюбный тон могли обмануть кого угодно, но не Константина Леоне. Он знал, что за каждым словом стоит скрытый смысл, а то и угроза. А как еще воспринимать предложение стать крестным его будущему ребенку, так запросто высказанное самим дьяволом?

– Ну да ничего, ничего, это подождет, – повторил мужчина в белом костюме и вольготно уселся в кресло, закинув ногу на ногу. – Я к тебе, мой золотой, с претензиями. И очень большими. Не далее, чем вчера на твоей территории твой непутевый сын вместе с какой-то шлюхой прикончили одного из моих лучших демонов, личного слугу моего обожаемого сына. Что за беспредел, Константин, я спрашиваю, что за беспредел? Ты знаешь, это прямое нарушение всех наших соглашений. Я требую сатисфакции! Во-первых, передай мне своего сына, чтобы он понес справедливое наказание за свой блэкаут. А во-вторых, я хочу кардинального пересмотра Договора в пользу ада.

Константин выслушал его молча, не выказывая ни удивления, ни нетерпения, ни страха.

– Боюсь, ты немного не в курсе всей ситуации, Люций. Позволь тебя просветить, – проговорил он спокойно. – Если кто и вправе требовать сатисфакции, то это наша сторона.