Да, к левой ноге птицы была привязана карточка с печатной надписью «Для миссис Генри Бейкер»; да, на подкладке шляпы просматриваются инициалы «Г. Б.», однако Бейкеров в нашем городе тысячи, а Генри Бейкеров сотни – поди отыщи нужного, чтобы вернуть ему собственность.

– И что же предпринял Питерсон?

– Рождественским утром принес и шляпу, и гуся мне, поскольку знает, что я интересуюсь любыми загадками, в том числе и самыми ничтожными. Гуся мы держали до нынешнего утра, когда были замечены признаки того, что, несмотря на морозец, лучше бы его без промедления съесть.

Поэтому Питерсон унес птицу домой, где она исполнит свое конечное предназначение, а у меня осталась только шляпа неизвестного джентльмена, потерявшего свой праздничный обед.

– Давал ли Питерсон объявления в газеты?

– Нет.

– Тогда откуда возьмутся подсказки для поиска?

– Постараемся что-нибудь извлечь из того, что имеем.

– То есть из этой шляпы?

– Именно.

– Вы смеетесь. Мыслимо ли что извлечь из этого старого, поношенного фетра?

– Вот лупа. Мои методы вам известны. Что вы можете сказать о хозяине этого предмета?

Я снял ветошь со спинки стула и уныло повертел в руках.

Это была вполне обычная черная шляпа, круглая, твердая, очень поношенная. Шелковая подкладка, некогда красная, сильно выцвела. Имя производителя отсутствовало, однако, как и говорил Холмс, сбоку были нацарапаны инициалы «Г. Б.». На полях обнаружились дырочки для резинки, но ее самой не было. Кроме того, шляпа оказалась пропыленной, в заломах и пятнах, хотя владелец как будто пытался замаскировать их при помощи чернил.

– Я не вижу ничего, – признался я, возвращая шляпу моему другу.

– Напротив, Ватсон, вы видите все. Но у вас не получается осмыслить увиденное. Вы робеете сделать заключения.

– Тогда будьте добры сказать, что заключаете вы из осмотра этой шляпы?

Холмс взял шляпу и окинул ее особым внимательным взглядом, свойственным только ему.

– Указаний не так много, – заметил он, – и все же из некоторых можно извлечь заключения, как вполне очевидные, так и весьма вероятные. По шляпе заметно, что ее обладатель очень умен, а также что три года назад он процветал, но позднее для него наступили трудные времена.

Прежде он был предусмотрителен, теперь сделался беспечен, а значит, покатился по наклонной плоскости. Учтите еще, что он обнищал, и вывод напрашивается сам собой: довели его до этого, скорее всего, спиртные напитки. Не чем иным, как пьянством, можно объяснить и то, что его разлюбила жена.

– Ну, знаете, Холмс!

– Но некоторая доля самоуважения у него все же осталась, – продолжал мой друг, не обратив внимания на возглас. – Жизнь он ведет сидячую, на улице бывает редко, ослаб от отсутствия тренировок.