Я проворно разделся, натянул лохмотья нищего, наложил грим, нахлобучил парик. В таком маскараде меня не могла узнать даже жена. Но тут мне пришло в голову, что, если комнату обыщут, снятая одежда меня выдаст. Я распахнул окно, потревожив при этом палец, который порезал утром в спальне. Потом схватил пиджак с грузом мелочи, которую успел переложить туда из кожаного мешочка, служившего мне кошельком. Пиджак я выбросил в окно, и он пошел ко дну. Остальная одежда последовала бы за пиджаком, но констебли были уже на лестнице, и вскоре – сознаюсь, к своему облегчению, – я убедился, что меня не опознают как мистера Невилла Сент-Клэра, а хотят арестовать за его убийство.

Не знаю, что еще объяснить. Я был намерен как можно дольше держаться за свой маскарад, потому и ходил с грязной физиономией. Зная, что жена будет ужасно беспокоиться, я улучил минуту, когда констебли отвлеклись, снял с пальца кольцо и отдал ласкару вместе с наскоро нацарапанной запиской, в которой заверял, что для тревоги нет причин.

– Письмо пришло только вчера, – сказал Холмс.

– Боже мой! Какую страшную неделю ей довелось пережить!

– За ласкаром следила полиция, – объяснил инспектор Брэдстрит, – и, понятно, ему надо было исхитриться, чтобы отправить письмо потихоньку.

Наверное, он отдал письмо какому-нибудь посетителю-моряку, а тот вспомнил о нем только через несколько дней.

– Не сомневаюсь, так оно и было, – кивнул Холмс. – Но разве вас никогда не привлекали к ответственности за нищенство?

– Много раз, но что́ для меня штрафы?

– Тем не менее вам придется оставить свой промысел, – сказал Брэдстрит. – Если полиция согласится замять дело, с Хью Буном должно быть покончено.

– Я поклянусь в этом священнейшей из клятв.

– В таком случае, полагаю, можно надеяться, что дальше дело не пойдет. Но если вас обнаружат за прежним занятием, вся правда выйдет наружу. Мистер Холмс, мы премного вам обязаны за раскрытие истины. Хотел бы я знать, как вы до этого дошли.

– Просидев некоторое время на подушках и выкурив унцию шега, – отозвался мой друг. – Думаю, Ватсон, если мы отправимся на Бейкер-стрит прямо сейчас, то поспеем как раз к завтраку.

Приключение VII

Голубой карбункул

На третий день Рождества, утром, я зашел к моему другу Шерлоку Холмсу, чтобы поздравить его с праздником.

Он, одетый в фиолетовый халат, полулежал на диване; тут же, под рукой, находились подставка для трубки и кипа смятых газет – очевидно, только что прочитанных. Рядом с диваном стоял деревянный стул, на спинке которого висела ветхая шляпа из твердого фетра самого непрезентабельного вида, изношенная и в заломах. На сиденье лежали лупа и пинцет, указывавшие на то, что шляпа попала сюда как предмет изучения.

– Вы заняты, – заметил я, – наверное, я оторвал вас от дела.