С лица Эльвиры сошла вся краска, она испуганно впилась взглядом в лицо своего ненаглядного, тот секунду стоял молча, позади меня, а потом шагнул к жене, и та вся съежилась.

– Повтори-ка…

Эльвира втянула голову в плечи и зыркнула на меня, мол проваливай, но мои ноги уже приросли к полу, и я металась между желанием бежать куда глядят глаза или же взять предмет потяжелее и на всякий случай подстраховать эту несчастную, потому что вид у нее был испуганный.

Варвар подошел к жене и навис над ней, та съежилась, и ее глаза забегали.

– Ты залетела? – спросил, и по моей коже пробежали мурашки, я отчего-то почувствовала себя на ее месте. А что, если бы я вот так же призналась ему, что тест, который сделала сегодня оказался положительным? – Отвечай!

– ДА! – она выкрикнула и замолчала, в кабинете повисла оглушающая тишина и мне казалось, что я слышу стук своего сердца в ушах.

– Можно, я пойду… – прошептала глухо.

– Да!

– Нет!

Они сказали это одновременно и меня прошибло взглядом зеленых глаз варвара. Он опомнился, что вообще-то у них тут семейные разборки, и мне тут делать нечего, и сморгнув оцепенение ответил, как и его супруга.

– Да, – произнес уже мягче, и я пулей вылетела из кабинета и смогла выдохнуть только после того, как оказалась в приемной. Прижалась к стене спиной и прикрыла глаза, тяжело дыша.

Эльвира беременна. Жена варвара ждет ребенка. И скорее всего для них обоих это не желанный наследник, потому что она спрашивала у меня про клинику, а Слава так остро отреагировал на это известие.

Но как можно не хотеть малыша? Это же огромное счастье!

Счастье, которое привалило и мне.

Внутренний голос тут же не остался в долгу, и я поморщилась, понимая, что мои проблемы никуда не делись.

Уверенность в том, что я должна рассказать о беременности Славе пошатнулась. А что, если он отреагирует так же остро и так же начнет на меня орать?

Из-за дверей кабинета я слышала крики и разговор на повышенных тонах, и по коже прошел холодок.

Слава будет заставлять меня сделать аборт, но я ни за что на это не пойду. Или же напротив, потребует оставить ребенка, но заявит на него свои права и вполне может лишить меня моих. От этой мысли меня бросило в дрожь.

Вывод очевиден: я не должна говорить о ребенке варвару.

Моя беременность его не касается. Организм мой, делаю что хочу. Точка.

Дверь кабинета открылась и ударилась об ограничитель как гонг. Я вздрогнула и отлипла от стены, утыкая взгляд в пол. Я не подслушивала, но их крики не услышал бы разве что глухой.

– Я все равно это сделаю, Хмельницкий! – Эльвира орала вслед варвару, тот замер в дверях, обернулся и пригвоздил ее взглядом к стулу.

– Только попробуй, – его голос звучал убийственно спокойно на контрасте с ее истерическим тоном. – Только попробуй, сука.