- И он появляется именно здесь,- Тина выразительно скосила глаза на тот самый альков, в котором она спасала девушку.

Ее, кстати, унесли слуги.

- Возникает желание войти и простучать стены,- хмыкнула я. – Кристоф знакомил меня с системой скрытых ходов, но я, признаться, не запомнила.

- А зря,- весомо припечатал Гамильтон.

- Зря,- согласилась я.

Выскользнув из зала, мы степенно, гордо и слегка торопливо прошли к залу Славы.

- Странно, что доступ открыт,- проворчал Гамильтон. – Мне чуть шерсть не прожгло от этого ненавидящего взгляда.

- Закрыть доступ – пойти против воли одного из Правителей прошлых лет,- улыбнулась Тина,- после того, как эта произведения искусства были признаны достоянием страны, очередной Рентийский повелел дать людям возможность любоваться картинами без ограничений.

- Поэтому наложили ограничения на дворец,- усмехнулся Талис,- я уже и подзабыл об этой истории. Нам это в армии рассказывали, как пример того, как исправить ошибку вышестоящего и, при этом, не дать ему понять, что он ошибся.

- Ошибку?

- Тиваран Рентийский приказал открыть зал Славы для всех сословий.

Сколькие бы пришли сюда ради искусства, а сколькие просто ради того, чтобы побывать во дворце? То-то же. Вот так и повелось, что в этом зале, единственном во всем дворце, может находится любой человек. Хоть нищий с паперти, хоть девица из веселого дома. Но! Но наступать на бертлийский мрамор могут только люди обладающие хоть каким-то титулом.

- Так он же всюду,- оторопела Тина и посмотрела на белоснежные плиты под ногами,- и вот он, тоже.

- Вот я и говорю, исправили ошибку. Правитель потом сокрушался, что люди не хотят видеть картины, но…

- Ух ты,- Тина его уже не слышала,- это Окраины?

Мы подошли к стене, где действительно была изображена башня, подобная той, с которой мы наблюдаем Пересветы.

- Нет,- уверенно произнесла я,- башня похожа на ту, что вычеканена на наших монетах, но вокруг море, а не деревья.

- Это Хрустальный Шпиль,- тихо сказал Талис. – Он никогда не существовал. Но ходит легенда, что это парная башня. Что на Окраинах наблюдали за одной частью миров, в море за другой и в столице – за третьей частью. Якобы все эти места позволяли держать под наблюдением всё наше окружение.

Вот, видите, это координаты. Но нигде нет такого острова.

- А…

- Дно, как могли, осмотрели,- усмехнулся Талис,- ничего нет.

- Однако на этой фреске магии больше, чем где-либо еще,- сощурилась я.

- Потому что она красива и очень, очень стара,- пожал плечами мужчина. – О, портреты прославленных генералов.

Он и Тина отошли в сторону, а я осталась стоять перед фреской. Она… Она действительно зачаровывала. И пугала – настолько детализированных фресок мне видеть не доводилось.