— Любимая игра, в которую он часто играл, — CSI, и сериал он обожает. Конечно, нападение на сотрудника он не планировал, но старуху убил по четкому плану.

— А сотрудник… Он умер?

— Капитан Семенов пока жив, но прогнозы неутешительные, с момента ранения до того времени, как его обнаружили, прошло больше двух часов. — Ершов встал и подошел к окну. — Я все думаю: из-за глупости взрослых случаются такие вещи. Ну, так тогда получилось с бабкой: испугалась и умерла. Да вызвали бы полицию, ничего бы пацану не было за это, тем более что он болен. Но они старшего вырастили неврастеником, а младший стал убийцей.

Сима пытается себе все это представить, но не может.

— И что теперь будет?

— Ну что… — Ершов посмотрел на нее с сочувствием. — Старшему — ничего, доказательств нет, а если бы и были, то он был неподсуден тогда. Младшего, конечно, поместят в психиатрическую больницу пока, а потом отпустят, лет ему мало, чтобы судить. А вот мать пойдет за соучастие в убийстве и попытке скрыть преступление. Учитывая, что они хотели подставить тебя, не жалей их, они тебя ни минуты не жалели.

Сима беспомощно посмотрела на Ершова:

— Я не знаю, как буду там жить теперь.

— У тебя есть где жить, а потом оно как-то устаканится. Сима, я просто приехал рассказать тебе, как твой адвокат. Реутов согласился, что вызывать тебя в полицию незачем, особенно если учесть, что ты еще слаба. — Ершов взял из вазочки еще печенье. — Если есть вопросы, я на них отвечу.

— Нет. — Сима замученно смотрит на адвоката. — Просто все это… невероятно. Почему они хотели подставить меня? Что я им плохого сделала?"

"— Ничего. — Ершов вздохнул, поражаясь ясной наивности Симы. — Им просто так было удобней, понимаешь? Эти люди ни о ком, кроме себя, никогда не думали. Ты думаешь, они такие одни? Полно таких, кто через что угодно переступит, родную мать подставит, чтобы ему, любимому, веселей жилось. Кстати, о матери. Как давно ты связывалась со своей матерью?

Сима удивленно посмотрела на Ершова. Она и думать забыла о пыльном чердаке, о доме, где ее держали за прислугу, о женщине, которая не чувствовала к ней ничего, кроме злости. К чему Ершов вспомнил о ней, Сима не знает.

— Давно.

— Я наводил справки. — Ершов смотрит на Симу поверх чашки с чаем. — Хочешь узнать, как она поживает?

— Нет.

Сима говорит это с твердой убежденностью. Если раньше ей иногда становилось любопытно, то сейчас уже и любопытство прошло. Что ей до женщины, которая предала ее? Пусть живет, как знает.

— Дмитрий Васильевич, а это точно установлено, что мальчик убил?

— Да я сам удивился, но на молотке найдены следы крови капитана Семенова, а в квартире Тимофеевых обнаружен моток проволоки, совпадающей с тем куском, которым удушили старуху Смалькову. Так что здесь никакой ошибки.