Вот там и живет этот колдун. У меня от него, честно говоря, мороз по коже, глаза у него какие-то… неприятные. Залысины, нос длинный, и глаза как…

Реутов достал из дела рисунок Димона.

— Этот?

— Ну да! — Клоков обрадованно закивал. — Он самый. Зовут Шунгар, так вот это он приходил в самый первый раз с этим… который Граф. Нес какую-то ахинею о духах предков, о том, что на это кладбище ему указали высшие силы.

— Так что они делают-то?

— Какие-то колдовские ритуалы. — Клоков презрительно оттопырил губу. — Суеверия дикие, понимаете? Ну а я решил: вреда-то от них нет, это же по ночам, посетителей нет, могилы сатанисты эти не рушат, мусор не оставляют — да пусть себе колобродят, если охота припала танцевать ночью вокруг могил.

— Почему вы говорите, что они сатанисты?

— Ну а кто? Станут ли добрые христиане по ночам свои требы отправлять? Только сатанисты, понятное дело. Но я сам смотрел, никакого вреда памятникам или иным захоронениям они не причиняли, крови там или трупов кошек тоже не видел.

— Но вы сами присутствовали при этих ритуалах?

— Да боже меня упаси, майор, что вы! — Клоков замахал руками и перекрестился. — Я в церковь хожу, господу молюсь, какие там ритуалы, душу губить!

— А взяточничеством и мошенничеством с государственными деньгами вы душу не губите?

— То бизнес, а тут душа, — покачал головой Клоков. — Любой бы на моем месте делал то же самое, зато я кладбище в образцовом порядке содержу, ни сорняков, ни мусора, ни вандализма у нас не бывает. А что там индейцы эти делают, я не знаю, майор, захоронений они не разрушают — а мне это самое главное.

Реутов думал, что его уже ничто на свете не удивит, но такую смесь цинизма и наивности он видел впервые.

— Я когда пришел, кладбище утопало в мусоре и сорняках. А теперь посмотрите — конфетка! Не хуже Пер-Лашез… Нет, ну тут, конечно, не сравнить, хуже… А в Новом Орлеане я был, так там целые города из склепов, тоже красота, нам далеко до такого, но все равно теперь кладбище расчищено, для посетителей есть скамейки, водопровод, туалеты, дорожки замостили, освещение провели, магазин ритуальных принадлежностей открыли, и цветочный магазин тоже рядом, за территорией, но цветочный павильон, конечно, поставили в десяти метрах от ворот, на другой стороне улицы. Цветы-то люди по разным надобностям покупают, не только на могилу положить, а на кладбище им несподручно будет покупать букеты женщинам, например. Ну, а так павильон у трамвайной линии, а что кладбище напротив, то это не важно. Люди довольны, майор. Бомжей тоже к рукам прибрал, полезных членов общества из них сделал. Сказал: хотите жить здесь — работайте. Кто не работает или хулиганит — тот сразу на выход.