— Глеб, ты же обещал развестись…

— Пойдем, Кирюш, — увожу ребенка с собой. Оглядываюсь на Алиску, оставшуюся наблюдать за разборками.

И еще раз повторяю мысленно: «Мне там точно делать нечего».

— А если папа и мама разведутся, — всхлипывает ребенок. — Это из-за меня. Я калитку открыл, а там эта тетя приехала.

— Ты ни в чем не виноват, — обнимаю его за плечи. — Будут твои родители жить вместе или нет, ты все равно останешься их сыном. Они так же будут любить тебя…

А сама задумываюсь. Так же? Будут ли? Мой родной отец после развода с матерью счастливо воспитывает чужих детей, а ему на смену пришел отчим со своими порядками.

Пост сдал, пост принял. Противно.

Вот как можно предать жену и ребенка? Кто-то есть ближе кроме них? Инна эта? Не понимаю!

Ежусь, будто от холода. Теплый день, а меня знобит от нервов.

— Вон, гляди, еще ребята! — улыбаюсь через силу, киваю на мальчишек, играющих в футбол на небольшом пляжике. — Иди к ним…"

"Кирилла долго уговаривать не приходится. Он бежит к детям. А я сажусь на поваленное бревно. Подставляю лицо солнышку и прикрываю глаза.

Хорошо-то как, господи!

От дома доносятся крики. Но я не реагирую. Когда-нибудь угомонятся, а лучше уедут куда подальше.

— О, Лара, вы здесь? — слышится над головой знакомый мужской голос.

Распахиваю глаза и краснею, будто меня застали на месте преступления.

— Здравствуйте, — улыбаюсь Торганову и его беременной жене.

— А что там у вас происходит? Прокурора нашего бьют? — ехидно интересуется Виктор Петрович, а его жена протягивает мне руку.

— Я — Лиза.

— Я — Лара, — киваю я и тут же спохватываюсь. — Там родственники мужа что-то делят…

И сама удивляюсь, как быстро привыкла называть Феликса мужем. К хорошему всегда быстро привыкаешь. Вот только надолго ли?

— Нужно вмешаться, — строго выдыхает Петрович. — У нас район тихий. Слухи пойдут. Нехорошо.

— Иди, — отмахивается его жена и усаживается рядом со мной. — Какой у тебя срок?

Сидим, болтаем. Что-то рассказываем друг другу. Наблюдаем за мальчишками, гоняющими мяч, и кажется, всю жизнь знакомы.

А я все пытаюсь представить нашу жизнь с Феликсом. Неужели и мы когда-нибудь так же будем скандалить на весь Шанск?

«Нет. Феликс не такой!» — уговариваю саму себя. И неожиданно понимаю простую истину. Я же о нем ничего не знаю. Он только говорит «люблю-люблю, трамвай куплю!». А сам… С первой женой почему развелся? А со второй?

С богатым жизненным опытом мужчина. И друг у него… Наумов этот… Скажи, кто твой друг…

Сердце обмирает от ужасной догадки.

Сарычев такой же, как Глеб. Два сапога пара. Поэтому и дружат с юности. Покрывают друг друга. Вон, дом у бедной Натальи хотят отобрать.

Свет неожиданно меркнет. Даже солнце заходит за тучу.

— Лар, ты чего? — обеспокоенно заглядывает мне в лицо соседка.