— Какое состояние? Воды отошли? Я сейчас выезжаю… Марине позвоню. Не боись.

— Погоди, а мы в Марфинской, — останавливаю друга. — В ЗАГС заехали. Сейчас вот в больничку пешочком пойдем.

— Я знаю, где это. Сейчас буду. Задержитесь в ЗАГСе минут на пятнадцать. Надо смотреть по состоянию.

— Хмм… Хорошо. Ждем тебя, — произношу неуверенно. И сам не знаю, что делать дальше. За детей боюсь, а больше — за Лару. Как оно все пройдет? Без подготовки. Внепланово!

И готов себе башку расшибить. Вот только это никак не поправит ситуацию.

— Витя тут рядом, представляешь, — уговариваю Лару, родителей и заодно себя. — Сейчас приедет, Ларочка, — глажу по голове любимую. — Ты что-нибудь хочешь? Скажи… Я все сделаю, — во все глаза смотрю на единственную любимую женщину. Бывшие не в счет. Даже к Кате я таких чувств не испытывал, когда сердце рвется на части, а душу выворачивает наизнанку. Когда легче самому сдохнуть, чем ее потерять.

— Феликс, — еле слышно зовет меня Лара. Заставляет вынырнуть из глубины черного омута страхов.

— Что, Ларочка? — выдыхаю, прижимаясь губами к тонкой жилке на шее. — Скажи, я все сделаю.

А самому подумать страшно, что бы случилось, не догони я поезд.

— Давай продолжим регистрацию, — тихо шепчет она.

— О господи, — задыхаюсь от переполняющих чувств. Сам как девчонка, ей богу!"

"«Ну какая регистрация! Потом распишемся!» — думаю в панике. Главное сейчас — Лару вовремя в больницу доставить.

Тор, где же ты, бро?

— Феликс, — выжидательно смотрит на меня Лара. В глазах испуг плещется. Ну-ка, два человека на выход попросились. И еще что-то проскальзывает. Обида или печаль… Не знаю. Только в этот момент я понимаю, что церемония должна завершиться. Сегодня. Прямо сейчас.

— Оксана, мы все-таки хотим зарегистрировать брак, — подхожу к тетке.

— Ты уверен? В таком состоянии? — смотрит она на меня строго, а потом переводит взгляд на Лару. — Лариса Дмитриевна? Как вы?

— Я согласна.

— На что вы даете согласие? — официально уточняет тетка, и мне в этот момент хочется ей оторвать голову. Хотя когда я был шустрым годовасом, в эту кудрявую башку прилетали пирамидки и пластмассовый медведь.

Может, это повлияло?

— Я согласна! — торжественно повторяет Лара. — Продолжить регистрацию, выйти замуж за Феликса Алексеевича.

— Это точно? — снова тянет моя милая тетя. Прибил бы ее, если б не Лара.

— Конечно, — кивает Лариса уверенно, и церемония продолжается.

— Я люблю тебя, — выдыхаю после напутствия «Можете поцеловать невесту!». Смотрю на Лару и вижу только ее. Заплаканную, пузатенькую, но бесконечно родную. Кажется, нет человека ближе ее. — Только тебя и люблю! — признаюсь, впечатываясь в губы легким поцелуем.

— Я так понял, можно уже поздравлять? — слышится от двери деловитый бас Торганова.