Лучше жить отдельно и тосковать от неразделенной любви, чем тереться спинами и чувствовать себя ненужной.

Каждый момент чувствовать!

«Ну какая любовь? О чем ты? — снисходительно спрашивает внутренний голос. — Феликс — манипулятор. Умеет внушать людям нужные эмоции».

Собственной полной ничтожности, врожденного слабоумия и неполноценности.

А потом и детей научит так же относиться ко мне.

— Нет! — решительно поднимаюсь с лавки. По дороге в дом звоню Раде.

— Что мне делать? — рыдаю в трубку.

— Не руби с плеча, милая, — просит она. — Выдыхай.

— Не могу, — признаюсь честно. — Я ему не нужна. Вон, всех собак на меня навесил и уехал гордый до невозможности. Он не любит меня, Рада!

— Что ты намерена делать?

— Хочу уйти от Феликса. Сесть в поезд и уехать куда-нибудь. Продам дом в Шанске и куплю квартиру где-нибудь у моря… наверное.

— А приезжай к нам, если все равно куда ехать! — порывисто предлагает Рада. — Много вещей не бери. Садись в поезд. А тут мы тебя встретим. Не вешай нос, Лара. Если любит, примчит. Нет — устроит разборки. Так и проверим. Папа говорит, Сарычев этот сожрет тебя. Слишком он прошаренный. Изощренный манипулятор.

— Да я и сама знаю, — всхлипываю я.

— Вот и приезжай. Организуем тут клуб беременных белок, — смеется Рада. Старается меня поддержать.

Утираю слезы и решительно захожу в дом. Закидываю майку с легинсами в сумку-шоппер. Туда же кладу ноутбук и смену белья. Те самые вещи, что покупала сама. Даже платье, подаренное мне Сарычевым в первый день, оставляю.

Нашел как приручить меня!

— Чапа, иди сюда, — пристегиваю поводок к ошейнику. И ума не приложу, как мне с собакой до Москвы добираться. И так все сложно.

Но и оставить пса не могу. Мой он, никак не Феликса.

От обиды внутри закипает черная жгучая пена. Словно обволакивает меня всю, разъедает душу.

«Как ты мог? Как?!» — в который раз обращаюсь мысленно к любимому и не получаю ответа. Беру в руки телефон, намереваясь позвонить. И останавливаю себя.

«Не набивайся! Он же тебе не позвонил. Не извинился».

Ладно, завел его Морозов. Но уже прошло больше часа, мог бы и остыть. Спокойно бы поговорили. А так… Слишком быстро и спокойно предал меня Феликс. Значит, изначально был по другую сторону баррикад. И не любовь это. Не любовь…

Утираю слезы и в который раз понимаю, что не могу здесь остаться. В каком качестве? Жены? Так Сарычев женат на другой, и разводом там не пахнет.

Это я, дура, поверила!

Правильно в Шансоньетке пишут, кто я. Сожительница прокурора. Звучит ужасно.

Открыв приложение, ищу билет до Москвы. А их нет! На сегодня осталось одно купе в СВ-вагоне. Выкупаю его одним махом. Я работаю. Могу себе позволить. Зато до Москвы буду ехать спокойно. И Чапе целая полка полагается.

— Ну, все. Пока, — обвожу медленным взглядом холл.