Больно. Поэтому я просто обхватываю мужа за пояс и, дрожа от переполняющих душу эмоций, прячу лицо у него на груди.

– Бред. Просто мне невозможно было помочь, – и, резко меняя тему, бурчу: – Ты, что ли, опять нагнал массы?

Назар хмыкает, крепче прижимая меня к себе. Правда, долго насладиться его объятьями не получается. Переключая внимание, мне в руку тычется черный кожаный нос. Бедная малышка. И так напугана, а тут еще я со своими расшатавшимися в последнее время нервами. Наклоняюсь, чтобы погладить собаку.

– Где ты ее взял?

– В питомнике. У чемпионов и призеров родился вот такой брак.

– А брак почему?

– У нее уши – видишь, какие мохнатые? И пузо.

– Вижу! Красивые уши, – улыбаюсь, глядя на это чудо. Треплю, чещу, а мелкая ставит мне передние лапы на плечи и на радостях проходится языком по лицу. Назар, глядя на это дело, смеется. Я замираю, понимая, что не слышала его смеха чертовски неправильно долго. И впитываю… С наслаждением впитываю его.

– Нравится? Ее зовут Ками.

– А это что?

– Да всякое собачье барахло на первое время. Миски, игрушки, еда.

Мы разбираем пакеты, обустраивая свой быт по-новому.

– Теперь наша кухня совсем не вписывается в твои стандарты чистоты, – не могу не поддразнить мужа, разглядывая стоящие на полу миски.

– Переживу, – отмахивается. – Теперь бы нам не мешало ее выгулять.

Хоть пес подарен мне, возится с ним Назар. Даже отдает какие-то команды, которые Ками, к моему удивлению, довольно послушно исполняет. И тогда Назар снова смеется, сыто жмурится и, опустившись на корточки, поглаживает за пушистыми ушками. Сижу на скамейке и не могу отделаться от мысли, что он безумно соскучился. По обычным каким-то радостям. И что ему даже внимание собаки, ее отзывчивость в кайф. Потому что я ему этого очень давно не давала, а только брала, брала, брала…

– Назар! – окликаю мужа, и голос звенит от охватившего меня ужаса. Он оглядывается. Бросает Ками палку, и пока та за ней бежит, возвращается ко мне.

– М-м-м?

– Присядь, пожалуйста.

Настороженно на меня глядя, Звягинцев опускается на скамью. Я нашариваю его руку и переплетаю наши пальцы.

– Врач сказал, что я в норме. Даже гемоглобин на уровне, представляешь?

– Ты была у врача? А мне почему не сказала?

Пожимаю плечами:

– Не хотела лишний раз тебя волновать. Думаешь, я не понимаю, что тебе тоже нелегко это все дается?

– Лала…

– Помолчи. Дай я скажу. Пожалуйста…

– Говори, – голос мужа звучит несколько настороженно. Совсем я его замордовала. Совсем… Дура. Ну, какая же дура! Ками приносит палку. Назар забирает ее и снова бросает.

– Во-первых, ты должен знать, что я тебя люблю, как никого и никогда не любила, – дотрагиваюсь до его колючей щеки пальцами и даже вот так на расстоянии чувствую, как разгоняет ритм его сердце. Он хочет ответить.