– Вы, – спрашиваю я у Зейна, поворачиваясь на стуле, – часто перебиваете такие татуировки?

– Постоянно, – отзывается он, возвращаясь к работе. – Популярнее имен бывших только рисунки членов.

– Серьезно? Кто добровольно набивает себе такое?

– На полном серьезе, идиотов хватает, – отвечает Кэм. – Однажды к нам пришел парень, у которого на заднице было написано: «Я имел маму Брэдли», а Брэдли – это его лучший друг. Келси, ты там как, жива?

– Жива. А как там мой живот? Много крови?

Кэм цокает языком.

– Ни капельки.

– Ты врешь. Энди, он врет, лучше посмотри сама.

Подаюсь ближе, чтобы проверить, но все действительно в порядке: плавные темные линии и очертания лепестков там, где Кэмерон уже успел прорисовать контур.

– Да нет там ничего, не паникуй.

На какое-то время мы замолкаем, увлеченные процессом создания тату. Кэмерон изредка поглядывает на меня, слегка улыбаясь, и при каждом его взгляде в моей голове вновь возникает та неловкая ситуация на парковке. Кажется, Кэм на каком-то подсознательном уровне заставляет меня испытывать эту неловкость снова и снова при каждой встрече взглядом.

– Не смотри на меня так, – ерзаю я на стуле и хватаюсь пальцами за мягкое сиденье."

"– Как «так»? – жужжание затихает. Легким движением головы он смахивает челку со лба. – Как будто хочу сделать тебе татуировку?

– С насмешкой, – отвечаю я, опуская взгляд на почти законченный контур, – будто застал меня за чем-то неприличным.

– В чем твоя проблема? – спрашивает он, возвращаясь к работе.

– У меня нет проблем.

Если честно, меня уколол этот вопрос, но виду показывать я не хочу.

– Если я смотрю на тебя как-то по-особенному, то, может, только потому, что ты мне интересна. Я же говорил о своей слабости к фригидным пьяницам.

– Я не говорила, что ты смотришь по-особенному. Я сказала, что ты смотришь с насмешкой.

– Или ты видишь только то, что хочешь видеть. В чем причина? Низкая самооценка, или парень сердце разбил?

– Не угадал.

Мной овладевает раздражение: да кто он такой и почему пытается копаться в моих проблемах? Он – просто татуировщик, а не психолог.

– То есть с самооценкой у тебя все в порядке?

– Разумеется.

Вдруг Келси издает писк от резкой боли. Я подскакиваю в испуге, но она тут же затихает, подняв большой палец вверх.

– У тебя все в порядке с самооценкой, но при этом тебе легче думать, что симпатичный парень смотрит на тебя с усмешкой, нежели из интереса?

– Зато у тебя с самооценкой все в порядке, симпатичный парень, – отвечаю я, не скрывая сарказма в голосе.

– Можешь даже не пытаться, – вмешивается Келси, – Энди не нужны отношения. Тут даже твоя милая улыбка не поможет.

– Звучит как вызов. Думаю, что как раз моя улыбка и поможет, ведь вы видите солнце по утрам, только потому, что я улыбаюсь.