— Вы ползали по мне, ночевали в моих дуплах! А ты, коротышка, забирался в бутоны моих цветков и… и пил нектар! — Зеленокожая красавица уперла руки в бока и слегка наклонила голову. Ее красные глаза яростно сверкали. — Что вы скажете в свое оправдание, прежде чем я растопчу вас?!

— Я ее знаю, — шепнул монах Эдгару, — это непорочная жрица богини Аршатри. О ней повествуют наши древние летописи. Говорят, однажды ее изнасиловал демон, но богиня вернула своей служительнице невинность и отправила на битву со злом.

— И что, она действительно приведет свою угрозу в исполнение? — поежился Эдгар.

— Можешь не сомневаться.

— О, мудрая и прекрасная жрица! — Эдгар выступил вперед, лихорадочно пытаясь что-нибудь придумать. — Мы каемся и признаем себя виновными в содеянном. Мы достойны смерти. Даже в мельчайшем прыщике на твоем прекрасном лбу больше святости, чем в нас вместе взятых.

— Прыщики? — насторожилась жрица. — О каких прыщиках ты говоришь?

— Эти замечательные, благие пятна на вашем челе, — Эдгар был само смирение, — вероятно, признак особого расположения богини?

— Да-да, конечно… — Великанша пыталась ощупать свой лоб сразу четырьмя руками.

— Не хочу прерывать вашу медитацию, благородная дева, — подхватил игру Джу Шван, — но всего в сотне шу к югу отсюда есть заповедный пруд. В его зеркальной, неподвижной глади все отражается столь четко, что…

Громкий скрип раздвигаемых стволов отметил уход непорочной жрицы богини Аршатри.

— Горячая женщина, — монах хотел было прислониться к дереву, но передумал и опустился на землю. — Я не попадал в такой переплет с тех пор, как наставник Ляо застал меня у Цветка Лилии в неподобающий для соития день.

— Оказывается, четырехруких девственниц-великанш тоже заботит внешний вид, — задумчиво произнес Эдгар, оглядываясь вокруг.

А посмотреть, кстати говоря, было на что. Джунгли преображались. То там, то здесь деревья, камни и животные претерпевали волшебные изменения. Отовсюду неслись удивленные и возмущенные возгласы. Кое-где, судя по звукам, уже завязались потасовки.

— Надо как-то выбираться отсюда, — заметил Эдгар.

— Попробуем пробиться к побережью, — предложил Джу Шван.

— И что с того? Ни корабля, ни даже лодки у нас нет. А если какая-нибудь скала превратится в очередного вспыльчивого великана? Тогда как?

— Я прибыл сюда на серебряном облаке, — задумчиво произнес монах. — Правда, оно осталось в замке.

— У нас нет другого выбора, — пожал плечами Эдгар.

Они двинулись в направлении замка со всей возможной осторожностью и все-таки пару раз чуть не столкнулись с группами дерущихся героев. На общую истерию влиял еще и тот факт, что все превратившиеся оказывались обнаженными. Особенно это выводило из себя могучих воительниц.