Я даже не знаю на сколько народа там можно было приготовить плов. Но точно не на двадцать. На много больше."

"Сел на насыпь. Смотрел на людей. Скот пасся. Женщины, дети, мужичины кучковались. Загорели костры. Кто-то просто лёг на траву и лежал, кто-то ходил по лесополосе. Резвились дети, играли во что-то. Бегали, смеялись. С ними носились щенки. Джек с Найдой спокойно лежали рядышком, отслеживая глазами своё резвящееся с малышней потомство. Ляпота. Рядом со мной нарисовалась Люси. Смотрела на меня вопросительно. Господи и эта туда же.

— Что, Люся? Хочешь побегать? — Она, довольно урча, потерлась носиком о мой нос. — Ладно иди, побегай. Только обещай мне, что до ночи вернёшься? — Она опять заурчала, потёрлась и отпрянула. Потом исчезла, сквозанув в лес.

— Марк. — Ко мне подошла Софья. Присела рядом. — Удивительно, она меня не слушает, а тебя слушает. Почему?

— А я знаю, Сонь?

— Ну вот, опять в лес убежала.

— Сонь, что ты за неё так боишься?

— Боюсь, Марк. Она мне как дочка. Понимаешь?

— Понимаю. Сонь, Люся вернётся. Мы её семья. Её стая. Она никуда не денется от нас. Я сам за неё переживаю.

— Дай бог, Марк. Дай бог. Я всегда боюсь, когда она так уходит.

— Всё будет хорошо, Сонь.

К нам подсела Оля. Прижалась ко мне.

— Милый. — Промурлыкала она.

— Что, солнышко моё?

— Там баню топят.

— Это тонкий намёк на толстые обстоятельства?

— Какой ты догадливый.

— Лёль? — Я посмотрел на неё. Усмехнулся. — А что ты такая озабоченная?

— Почему это я озабоченная?

— Ну а как? Стоит сказать, БАНЯ. У тебя всё, слюни, башня подтекает и начинаешь интенсивно приставать.

— Чем, ты, не доволен?

— Лёль, я всем доволен.

— А Рада?

Я сначала подвис. Удивлённо глядел на супругу.

— Лёль, а причём здесь Рада? Я не понял?

— Перестань.

— Что перестать?

— Она к тебе клеится.

— И что? Я же к ней не клеюсь.

— Я вижу, как ты на неё смотришь.

— Лёля, я нормально на неё смотрю. Как на члена команды. Прекращай.

Софья покачала головой.

— Да, ребята. С вами не соскучишься.

Подошли Василий со Стасом.

— Марк? — Спросил Вася. — Завтра как, проскакиваем станцию и город или остановимся, по шерстим на предмет вкусняшек?

— Василий, а какие ещё нам вкусняшки нужны? У нас эшелон забит под завязку. Одежда, пожалуйста. Народ запасся по самые уши. Провизия? Тоже в достатке. Оружия? Так даже в вагонах лежит, где не попадя. Женщины недовольны. Мне матушка постоянно выговаривает, что нормально ходить нельзя из-за наших железок.

— Да я понимаю. Но согласись, столько везде бесхозного. Вдруг что-нибудь нароем, что в хозяйстве сгодиться?

— Значит так, в сам город не лезем. Смысла нет. Город небольшой. Если живые остались, то совсем немного, единицы. Если на станции стоят составы, их просмотрим.