Все девчонки и нашего, и параллельного класса принялись рассматривать, обсуждать и выбирать наряды.

Появление Анны Петровны, преподавательницы по математике, должно было разогнать это сборище. Но я недооценил наших девочек и их «солидарности» в вопросе выбора нарядов. Каким-то образом они умудрились уговорить Анну Петровну, предоставить им свободу действий. Это было нечто невероятное. Скопище девиц увлеченно шепотом обсуждающее картинки нарядов на задних партах, под присмотром преподавателя, сидящего за своим столом, и парней не знающими что делать в столь неслыханно свалившемся безделье.

— Валька, иди сюда, — зовет меня Оксанка.

— Я-то тут при чем? — пытаюсь не потерять лицо перед остальным школьным товариществом.

— Ты ж у нас заказчик.

— Давай. Давай, — посмеивается Димка. — Иди примерь платьице.

— Да оно на мне как на корове седло будет.

— Мы тебе не седло выбираем, — доносится уточнение со стороны девчат.

— С оборочками и декольте, — советуют мальчишки.

— Тише, — окрикнула Анна Петровна.

Пререкания стихают, а мне ничего не остается делать, как идти под насмешливыми взглядами парней в эпицентр девичьего столпотворения. Боже, где ты бродишь, когда ты нужен здесь и сейчас?

Оказаться в середине обсуждения лифов, юбок, стрелок, швов, талии, объема груди, плечиков, строчек, когда ты в них ничего не понимаешь, тяжелая нагрузка. Оксанка умудрилась ворваться ко мне в сознание и приставляла перед моим внутренним взором Вальрису в том или ином наряде. В этом был свой положительный момент. Я мог оценить свой вид в женском обличье со стороны парня. Если брать по крупному, то именно для этого они и наряжаются. Так что, Оксанка смогла извлечь выгоду из нашего с ней контакта, проверяя образ Вальрисы и мои впечатления от них. Естественно, она не упускала возможности и самой покрасоваться в том или ином наряде. И конечно же улавливала мою реакцию на них.

Это могло продолжаться вечно. Хорошо, что урок все-таки имеет временные ограничения. Следующий, по литературе вряд ли бы удалось провести в столь творческой обстановке. Завуча Зинаиду Михайловну побаивались все, хотя надо признать человек она не злобный. Строгий, но понимающий. Поэтому звонок с урока прозвучал как гонг к последним десяти секундам в «Что? Где? Когда?». Перейдя от перебора и общих концепций к частностям и определенному типу наряда, к концу переменки гардероб был подобран. В основных чертах, конечно же.

Журналы с выбранными нарядами перекочевал в портфель Оксанки. Остальные журналы мгновенно разошлись по рукам. Благо, что не вспыхнула драка. Наблюдая за всем этим, я не мог понять, в чем же притягательная сила «моды» и «стиля», что они так гипнотизируют женскую половину. В особенности ту, что помоложе.