– Невозможное произойти не могло, а следовательно, невозможное оказалось возможным вопреки всему.

– Тогда объясните мне поскорее, что же произошло в поезде вчера ночью.

– Я не волшебник, mon cher. И озадачен не меньше вашего. Дело это продвигается очень странно.

– Оно нисколько не продвигается. Оно стоит на месте.

Пуаро покачал головой:

– Это не так. Мы немного продвинулись вперед. Кое-что мы уже знаем. Мы выслушали показания пассажиров...

– И что это нам дало? Ничего.

– Я бы так не сказал, мой друг.

– Возможно, я преувеличиваю. Конечно, и этот американец, Хардман, и горничная добавили кое-какие сведения к тому, что мы уже знаем.

Вернее говоря, они еще больше запутали все дело.

– Не надо отчаиваться, – успокоил его Пуаро.

Мосье Бук накинулся на него:

– Тогда говорите – поделитесь с нами мудростью Эркюля Пуаро.

– Разве я вам не сказал, что озадачен не меньше вашего? Зато теперь мы можем приступить к разрешению проблемы. Мы можем расположить имеющиеся у нас факты по порядку и методически разобраться в них.

– Умоляю вас, мосье, продолжайте, – попросил доктор Константин.

Пуаро откашлялся и разгладил кусочек промокашки.

– Давайте разберемся в том, чем мы располагаем. Прежде всего нам известны некоторые бесспорные факты. Рэтчетт, или Кассетти, вчера ночью получил двенадцать ножевых ран и умер. Вот вам факт номер один.

– Не смею возражать, mon vieux, не смею возражать, – сказал мосье Бук не без иронии.

Пуаро это ничуть не обескуражило.

– Я пока пропущу довольно необычные обстоятельства, которые мы с доктором Константином уже обсудили совместно, – невозмутимо продолжал он. – В свое время я к ним вернусь. Следующий, как мне кажется, по значению факт – это время совершения преступления.

– Опять-таки одна из немногих известных нам вещей, – прервал его мосье Бук. – Преступление было совершено сегодня в четверть второго. Все говорит за то, что это было именно так.

– Далеко не все. Вы преувеличиваете. Хотя, конечно, у нас имеется немалое количество фактов, подтверждающих эту точку зрения.

– Рад слышать, что вы признаете хотя бы это.

Пуаро невозмутимо продолжал, как будто его и не прерывали.

– Возможны три предположения:

Первое – преступление совершено, как вы утверждаете, в четверть второго.

Это подтверждают разбитые часы, показания миссис Хаббард и горничной Хильдегарды Шмидт. К тому же это совпадает с показаниями доктора Константина.

Второе – убийство совершено позже, и стрелки на часах передвинуты, чтобы нас запутать.

Третье – преступление совершено раньше, и стрелки передвинуты по той же причине, что и выше."

"Так вот, если мы примем первое предположение как наиболее вероятное и подкрепленное наибольшим числом показаний, мы должны будем считаться с некоторыми вытекающими из него фактами.