— Кто ищет? О, Лена… — скалится в улыбке, — прекрасная женщина, которая переживает развод с мужем-тираном, — обращается ко мне, прикрыв смартфон, — сколько комнат?

— Одна? — неуверенно отвечаю я.

— Одна, — повторяет бариста. — Да, Лен, срочно. Ага, и как обычно, покрасивше и подешевле. Не фыркай мне тут, я же знаю, что у тебя всегда есть варианты. Ты же у нас умница.

Я опять рот открываю. Да кто же такому хитрецу откажет? Никто.

— Вот видишь, а бурчала, — смеется бариста. — Адрес? Скинь сообщением, я не запомню. И нет у меня ручки. Все, давай, целую.

Откладывает телефон и самодовольно улыбается:

— Ну вот, говорил же, повезло тебе со мной. Будет тебе уголок для гордой и одинокой.

— Жестоко.

— Нет ничего оскорбительного в гордой и одинокой, — приглаживает волосы и опять очаровательно улыбается, — особенно для меня.

— У меня вопрос.

— Какой?

— Почему мужчины изменяют?

— Довольно философский вопрос, загадочная незнакомка, — бариста стучит пальцами по столешнице и задумчиво смотрит на меня. — А что ответил твой муж?

— Потому что мог.

— А он у тебя честный, да? — хмыкает бариста.

— Все так просто?

— Да, — пожимает плечами и улыбается. — Решил, что имеет право, а вот почему у него появилась такая уверенность, это хороший вопрос.

— Ты мне не помог, — отставляю кружку с кофе и тоскливо смотрю в окно.

— Я тебе еще подкину не очень приятного, — бариста вздыхает, — измены зачастую к любви не имеют никакого отношения. Это женщины изменяют с чувствами и эмоциями, а мы нет.

— Чудовищно, — шепчу я.

— Но я не такой, — смеется бариста, когда я перевожу на него взгляд. — Честное слово.

— А женщинам больно…

— Да, поэтому мужчины, — поддается ко мне, — вполне могут принять решение не смотреть по сторонам, чтобы не делать больно близкому человеку, но могут об этом забыть. Почему твой муж мог забыть, что тебе нельзя делать больно?

— Разлюбил?

— Я увидел в его глазах отчаяние, — бариста щурится. — Такую богиню разве можно разлюбить?

— Притормози.

— Ты знаешь, я был лучшим на курсе пикапа, — обнажает зубы в самодовольной улыбке, но ты крепкий орешек. Я начинаю в себе сомневаться, и это тоже больно.

— Мы тут про моего мужа говорим…

И тут я понимаю, что имени баристы до сих пор не знаю.

— Как тебя зовут?

— Илья, — он понижает голос до восторженного шепота. — Это случилось, мы перешли на новый уровень знакомства. Подожди… — обмахивает лицо ладонью, — я очень волнуюсь… Раз-два-три… А как тебя зовут?

Ну, невозможно сдержать смех. Он мастерский отвлекает меня от тоски и мыслей о разводе.

— Вита.

— А полное?

— Виталина.

— В самое сердце, — прикладывает руку к груди, закатывает глаза и откидывается на спинку, запрокинув голову.