Лицо тоже походит на маску. Пожимает отцу руку, и я кидаю беглый жалобный взгляд на Татьяну Михайловну, которая шепчет:

— Копия отца, да?

И не поспоришь. Сейчас между ними очень прослеживается схожесть.

— Вита, — обращается ко мне Борис Витальевич. — Иди обниму. Сколько мы с тобой не виделись?

Чувствую укол вины перед ним. Я только с Татьяной Михайловной общалась, а бывшему свекру так и не решилась ни разу позвонить. Лишь приветы через его жену передавала. Наверное, и ему неудобно передо мной. Он же тоже не отсвечивал все эти месяцы. Сложный мужик, и сын перенял некоторые черты от него.

— Давно, — подхожу и прячу неловкость под улыбкой. — Привет.

— Бледная ты, — стискивает в объятиях и чуть ли не покряхтываю от его приветливости. — Ты следишь за питанием?

— Так, все! — Татьяна Михайловна хлопает в ладони и тянет мужа за собой. — В дом! В доме поговорим! И о питании, о бледности и о том, что кого-то очень тянет на сладкое! А еще на лимоны! Не на улице, Боря! Не на улице, а за столом, в тепле, уюте.

— Вот теперь точно поздно уезжать, — шепчу Артуру.

— Я поддержу твое решение сбежать, — едва слышно отвечает он.

— Нет, мы взрослые люди, — поднимаемся на одну ступень. — И это будет невежливо пообниматься и сбежать. Мы и так опоздали.

Глава 57. Хочу быть вместе

— Ну и… — Борис Витальевич, отец Артура, хмурится, — а дальше-то что?

Мы как сели за стол, так я все и сказала. Жду ребенка, и он от Артура.

— Боря! — охает Татьяна Михайловна и пихает его в бок.

— Вита, я рад, — он прикладывает ладонь к груди, глядя мне в глаза, — очень рад, что буду дедушкой и полон воодушевления, однако… что дальше? Что дальше будет между вами с Артуром? Я понимаю, меня никто не спрашивал, но я все же выскажу свое скромное мнение. Ребенок должен родиться в браке, семье, — сердито скрещивает руки на груди. — Но этого я от вас не услышал. Что у вас сейчас за отношения? Вы вместе, дружите или… что?

— Он такой сердитый, потому что переживает, — шепчет Татьяна Михайловна и улыбается.

— Переживаю, потому что ничего не понимаю, — Борис Витальевич переводит злой взгляд на Артура. — Сидит такой довольный, а конкретики нет. Кроме внука, вы нас обрадуете еще чем-нибудь? Вита тебе сейчас кто?

— Любимая женщина, — спокойно отвечает Артур, и его отец вновь смотрит на меня.

— Ладно, я так понял, с вопросами надо к тебе, — не моргает. — Вы кто друг другу сейчас, Вита?

— Официально бывшие супруги… — отставляю чашку на столик.

— Я с ними полысею, — Борис Витальевич переводит недовольный взгляд на Татьяну Михайловну. — И ведь родят нам такого же упрямого, как они сами, пацана.

— Может, будет девочка, — отвечает та и мило улыбается. — Упрямая девочка.

— А что будет с ними? — Борис Витальевич вскидывает в нашу сторону.