Просидеть в ожидании очередного чудесного появления.

«Если бы я не встретил сегодня ее, я ушел бы отсюда с разбитым сердцем, – подумал Алексей. – А какая разница?» Но он чувствовал, что разница есть.

– Быть может, я не вовремя? – он наконец почувствовал, что пауза затянулась, надо либо встать и уйти, либо начать задавать вопросы.

– Я… Я плохо себя чувствую, – сказала Джоконда, застыв на фоне осеннего пейзажа. Ее взгляд показался Алексею бездонным.

– Я готов извиниться за вторжение. Но не прийти к вам не мог. Видите ли… Умер Серебряков. А вы с ним… Вы были с ним… – он запнулся.

Серебряков хотел стать единоличным владельцем картины, стоимость которой и определить-то невозможно? Невозможно!"

"– Вы были у Ирины? Она, конечно, во всем обвиняет меня. – Необыкновенной красоты губы Лады Анатольевны чуть дрогнули. – Ей просто не надо было выходить за него замуж, – неожиданно твердо сказала она. – Брак без любви никому еще не приносил счастья.

– А… – он так и не смог выговорить «вам?»

– Простите?

– Нет, ничего.

– Я забыла предложить вам кофе.

– Спасибо, я не хочу. Ни кофе, ни чая. Не стоит беспокоиться.

«Сидите так», – чуть было не сказал он. Алексей просто не в силах был ее допрашивать. Подумать только, какая несправедливость! Умер, умер А. С. Серебряков!!!

– А вы? Вы почему не вышли за него замуж?

– Я?

– Ну да. Ведь у вас был роман. Еще в институте.

– Роман?

Ему показалось, что Лада Анатольевна хочет рассмеяться. Полные губы вновь чуть дрогнули. Но кроме улыбки, едва обозначившейся, ничего не было. Мона Лиза.

– Я не думаю, что это можно назвать романом.

– Значит, ничего не было? – уточнил Алексей.

– Мы объяснились с Александром.

– Когда?

– За неделю до моей свадьбы. Все уже было решено: заказан ресторан, разосланы приглашения, студсовет выделил нам с Андреем комнату в общежитии. – (Как звучит! Она и – комната в общежитии!) – Но мне было не по себе. Осталась какая-то недоговоренность. Между мною и Сашей. Ведь официального разрыва отношений не было. О чем я говорю? По сути и отношений не было. Я не знаю, что это было. До сих пор не знаю…

…Ей тогда было двадцать лет. Александр Серебряков был ее первой любовью. Если только в двадцать лет понимают, что такое любовь.

Теперь она над этим смеялась. Тогда горько плакала о том, чего сама не понимала. И готовилась к свадьбе. На самом деле ей казалось, что все это только игра. Никакой свадьбы не будет. Вот-вот Саша ее остановит. Игра закончится. Она и затеяла все это по одной причине: чтобы Александр Серебряков наконец объяснился. И тогда все будет по-настоящему. Настоящая свадьба, настоящее платье и настоящая фата. А пока… Все это игра, не более. Но был один человек, который все это воспринимал всерьез. Ее будущий муж.