Я согласился: что теряю? Мне надоело самому возиться с домашним хозяйством, а женщина есть женщина. Мы поехали на Фрунзенскую за вещичками. Я посидел во дворе, подождал, пока она выйдет. Лилька быстро обернулась, вышла с двумя небольшими сумками. Ну и поехали мы в Истру. – Валентин вдруг замолчал. – Я еще подумал, что пропал день. Пока туда, пока обратно…

– Дальше что было?

– Да ничего особенного. Купили мы бутылку вина, два блока сигарет, сыра-колбасы. Приехали, поужинали, легли. Что рассказывать-то? Я сразу понял, чем моя звезда себе на жизнь зарабатывает. Строила, правда, из себя принцессу, цену набивала. Я даже презерватив надел на всякий случай. Мало ли где она болталась? И с кем.

– Лиля нравилась вам, Валентин?

– Да как сказать. Ноги у нее, конечно, были потрясные, а все остальное так себе. Она много курила. Я сам, конечно, курю, но не так. Чтоб одну за одной и без всякого перерыва, это уж слишком! Тем более для женщины.

– О чем вы разговаривали?

– Да ни о чем. Она мало что понимала в компьютерах. У нее была невыносимая привычка без конца переключаться с одного на другое. Меня это раздражало. Вообще в ней было много неприятного. Знаете, эдакий человек-монолог, абсолютно не нуждающийся в собеседнике. Все о какой-то ерунде, с идиотскими подробностями, от которых меня тошнило. Это поначалу, а потом я понял, что слушатель Лиле не нужен вовсе, и стал включать компьютер, пока она говорила. И работать.

– Суть ее рассказов не помните?

– Какую суть? Сути не было.

– Но фамилию Серебряков вы все-таки уловили?

– Да, кажется.

– Лиля рассказывала, как Серебряков ее бросил?

– А он это сделал?

– Пожалуйста, вспомните, Валентин. Александра Серебрякова убили. Если это сделали не вы, то человек, о котором Лиля не могла не упомянуть.

– Никого я не убивал! Зачем мне делать такую глупость? У меня все есть: компьютер, квартира, машина. Я сплю спокойно, никому не приношу вреда и не осложняю себе жизнь. Ну не повезло, связался с девушкой, которую кто-то за что-то убил. Только это было без моего участия, поверьте.

– Лиля могла привлечь вас к убийству Серебрякова.

– Что?! Да вы хоть понимаете, что она для меня никем не была? Никем! Ну бросил Лильку какой-то крутой мужик, и правильно сделал. Если честно, я тоже собирался ее выставить за дверь. В больших дозах эта девушка была невыносима. С чего бы я стал защищать честь женщины, у которой этой чести давно уже не было? Спала ведь с кем попало лет с пятнадцати. Лишь бы получить свое. Сама призналась. Конечно, было в ней и хорошее: в доме Лилька все делала. Прибиралась, готовила, стирала. Но была словно помешанная. Как в бреду.

– Друзей Лилии вы знали, Валентин?

– Да никого я не знал!

– С кем-то она общалась? Часто уезжала из дома?

– Куда-то ездила.