— Мой сын… Как же так… — завыл, словно раненый зверь красноглазый. — Какой из меня отец, если я не смог защитить собственного ребенка?! Это я во всём виноват! Я! Я был слаб тогда и слаб сейчас… Ничего не смог сделать. Не удалось обмануть судьбу. Как я буду смотреть им в глаза? КАК?! Как же я всё-таки жалок…

За стенаниями столь великого человека Бетал наблюдал с разрывающимся от горя сердцем. Во второй раз в своей жизни он видел господина столь подавленным. Увидь его сейчас кто-то из знакомых, они бы ни за чтобы не поверили, что перед ними находится тот самый грозный воитель. Могущественная тень, которая лишь своим присутствием устрашает целые миры и народы.

— Кто?! Кто это сделал?! — безжизненным голосом осведомился мужчина, медленно поднимаясь с колен и на пошатывающихся ногах подошёл и буквально упал в кресло. — Говори. Я желаю знать всё. Всё, до последней секунды. Как вы жили? Как жил он? Как это случилось и что стряслось с твоей рукой?

Целое мгновение старый калека не мог поверить собственным ушам, а затем поднявшись с пола прошествовал к соседнему креслу и нехотя присел на самый его край.

— Это ерунда, — прошелестел тихо Бетал, указывая глазами на культю. — Юный господин однажды перестарался, когда впал в припадок. Но он этого так и не вспомнил, поэтому пришлось придумать одну историю.

— Значит, та проклятая сила по-прежнему пожирает моего сына. Где его тело? — понуро вопросил седовласый, поднимая раскрасневшиеся глаза на старика. — Осталось хоть что-нибудь?

От жуткого осознания губы старика внезапно задрожали и тот трясущейся рукой полез в карман и выудил из него небольшой мешочек.

Глаза прибывшего от увиденного резко распахнулись и тот с ужасом перенял прах и растерянно уставился на останки родного сына. Целуя минуту, мужчина не сводил взора с пепла в своих ладонях. Однако, чем дольше он смотрел на него, тем угрюмей становилось его обескровленное лицо.

Рука мужчины внезапно крепче схватила крупицы праха, а секунду спустя по его пальцам пробежали искры тёмно-серого цвета стихии смерти. Вот только ожидаемого эффекта не произошло, отчего седовласый вскочил на ноги и с тревожной надеждой расширил глаза.

— Мой сын… Он не мёртв. Он… жив! — гулко сглатывая обронил тот, и резко взглянул на не менее ошарашенного таким откровением Бетала. — Что с ним стряслось?! РАССКАЗЫВАЙ!!!

Практически моментально старик стал говорить о случившемся в мельчайших деталях, затем неуловимо перешел к менее важным вещам, что были связаны с жизнью его подопечного. Закончил свою историю калека только тогда, когда ночь сменилась днём, а за открытым окном вовсю властвовало опаляющее солнце, что находилось в своём зените.

— Значит, мой сын боролся, — опустошенно изрёк седовласый, горько сглатывая и качая головой.