У Веры защипало в глазах, она заморгала, чтобы не испугать ребенка чрезмерной чувствительностью.

– Так. Давайте всё по порядку. Сначала ты, Катя, выписываешься, а потом ты, Тарас, делаешь мне предложение. И уже тогда я говорю «да».

Тарас подошел к ней, обнял за талию, сжал пальцами чуть крепче, чем требовалось.

– Спасибо.

* * *ТАРАСВера ушла разговаривать с врачом. Он проводил её взглядом, отметив, что, несмотря на легкую бледность, глаза у девочки поблескивали от счастья.

Так и должно быть. Хватит, намучалась.

И он тоже хорош. Подлил масла в огонь.

Телефон в руке завибрировал, и Тарас принял вызов:

– Да, Паш, привет.

– Есть новости.

– Говори.

– Раскололи мы тех «орлов». Особо и усердствовать не пришлось. Они назвали имя заказчика.

– Отлично, – Тарас посмотрел в окно. – Я подъеду через пару часов.

– Добро.

Перед Павлом он в долгу. Дольник взял на себя многое из того, что Тарас должен был сделать сам. Иногда у него мелькала мысль, что Сиваков и у Дольника поперек горла стоял. А может, так совпало. Если бы у Павла происходила такая же круговерть в жизни, как у него, Тарас поступил бы аналогично.

Катю ещё оставили на пару дней в клинике. Дочка не сопротивлялась. Тарас всё утро наблюдал за ней.

Его…

С ума сойти.

После того, как Вера, посмотрев собранные им документы, тогда ушла из дома, таким образом щелкнув его по носу, Тарас задумался. Вера оскорбилась. А актриса она плохая. У неё всегда эмоции на лице были написаны. Она открытая, доверчивая. Ласковая. Абсолютно не созданная для бизнеса. Он же не зря отметил, что Вера домашняя.

Тарас улыбнулся, садясь в машину. Вот её он дома и запрет. Под замок. А ещё к кровати привяжет. И будет держать в спальне, пока не насытится. Судя по тому, с какой дикой и непреодолимой силой он хотел Веру, насытится Тарас не скоро.

Если вообще насытится.

С Дольником он встретились у Павла в отеле. Тарас поднялся к нему в пентхауз.

– Что думаешь делать? Сиваков почуял, что пахнет жареным, и свалил из страны.

– Куда?

– Майами.

Тарас задумчиво покрутил в руках сигару, предложенную Павлом.

– Мы можем его по-тихому снять.

Тарас некоторое время молчал, продолжая рассматривать сигару и свои руки. Шрамы на костяшках почти не видны.

– Наш друг любит охоту. На сколько он свалил в Майами? Неделя? Две? Месяц? У него тут рушится бизнес. Он вернется. Так что мы подождем. Сезон охоты как раз откроют. Там-то мы и встретимся.

– Я так понимаю, ты хочешь сам? – Павел тоже закурил.

Тарас не ответил.

Едва заметно кивнул.

По некоторым счетам он предпочитал ответ держать сам.

Прилетев в Россию и замутив тему с заводом, он не рассчитывал, что всё зайдет настолько далеко. Сивакова Тарас собирался уничтожать планомерно, год за годом, лишая этого гада того, что ему было ценно.