— С удовольствием, господин президент.

Она взяла медаль и шагнула к Гилу. Впервые с того момента, как она улетела в ночи на самолете «АС-130 J», их взгляды встретились, и Гил почувствовал, как что-то екнуло внутри. Она подмигнула ему и расплылась в улыбке, затем накинула ленту, достаточно громко пробормотав ему в ухо «вот черт» и коснулась губами его щеки. Камеры засверкали вспышками, и раздались аплодисменты.

Гил взглянул на Мари и закатил глаза, чувствуя, что краснеет. Мари была горда, она тоже улыбалась и хлопала.

Сандра получила из рук президента вторую медаль, накинула ленту на Кроссвайта и так же поцеловала его в щеку, затем отступила назад, присоединяясь к аплодисментам. В эти мгновения, когда камеры были заняты героями, президент казался абсолютно другим человеком. Гил уловил выражение глаз главнокомандующего, который смотрел из-под полуприкрытых век… с таким выражением…оно было мимолетным, но ясным… самодовольная ухмылка.

Эпилог

Монтана

После церемонии награждения Гила отправили в трехмесячный отпуск, пока не утрясутся последствия операции «Решительная попытка». Президенту Карзаю по-прежнему досаждала партия ХИК, но его президентству это не угрожало. ВВС США хорошо поработали в долине Панджшер, и «Хезб-и-Ислами» были сильно ослаблены. И многие сомневались, что те вновь наберут былую силу и обретут власть в районе Гиндукуша. Они слишком многое потеряли, когда позволили Сандре спастись и превратиться в национальную героиню. Более того, в результате ослабления ХИК начала возрождаться группировка Талибан.

Гила не заботил вопрос, какая из этих псевдополитических группировок была сильнее. Для него они обе были одинаково жестокими и опасными для народа Афганистана. Он надеялся, что обстановка в стране станет спокойнее, а из разумных союзов исключат горных полевых командиров, чтобы те не попадались к талибам на крючок, но надежды было немного."

"Сегодня Новый год, и Гил ехал верхом на Тико по глубокому снегу, укрывавшему пастбища долины Фергюсон, и мысленно возвращался к той ночи в долине Панджшер. Вспоминал жеребца, убитого под ним в бою. Он размышлял о смерти Халлигана Стилларда и о десятке счастливых случаев, когда его едва не задели пули. Он вспоминал, и вдруг вдалеке, над ослепительно белоснежной долиной, кто-то протрубил. На мгновение этот звук напомнил Гилу зов трубы в кавалерии, но, оглянувшись через плечо, он приметил самца оленя в двухстах метрах ниже по склону. Американец опустил руку и вытащил из чехла браунинг. Осадив Тико, он вскинул винтовку и в оптический прицел разглядел красавца оленя. Такого превосходного животного ему еще не доводилось наблюдать в перекрестье прицела. На случай, если он убьет зверя, он взял с собой салазки, чтобы довезти тушу до морозильника.