Твои друзья собирались меня похитить из моей деревни в Нангархаре.

— Брукс, — представилась Сандра. — Сандра Джей, уорент-офицер, 280-76-0987.

Он скупо улыбнулся.

— Я это уже знаю.

Он достал из ящика стола пригоршню армейских жетонов, снятых с ее погибших соотечественников, и выбрал жетон с ее именем.

— Ты еще и католичка. Что еще ты можешь рассказать мне о планах ЦРУ против нас? Они нападут на нас?

— Может, развяжете меня? — спросила Сандра, чувствуя, что во рту сухо, как в пустыне.

Он опустил жетоны на стол.

— Это невозможно. Ты же еще не сказала мне то, что меня интересует, — спокойно объяснил он. — Тебе лучше рассказать все прямо сейчас. Иначе потом у тебя возникнут проблемы.

— Я всего лишь пилот, — начала она. — ЦРУ не посвящает нас в свои планы. Я даже не знаю, зачем вы им нужны.

Самое страшное, что это была правда. Сандра действительно не знала, зачем ЦРУ охотилось за Кохистани и запланированы ли еще военные удары.

— Ты не просто пилот, — заключил он и взял со стола нашивку «Ночных сталкеров». — Ты одна из этих людей. Мы знаем их очень хорошо. Даю тебе последний шанс рассказать все, что ты знаешь. А потом я позову Рамеша.

— Вы должны мне поверить, — взмолилась она. — Я ничего не знаю! Если бы я знала, то рассказала бы все. Меня не заботит, что там замышляет ЦРУ.

— Это не то, что я хочу услышать.

— Может, мне что-то придумать? — отчаялась Сандра. Пока она лежала, пытаясь вспомнить свои репетиции допросов, которые проходили в школе выживания, Кохистани взял стоявшую у ножки кровати палку, до этого момента незамеченную Сандрой, и отвесил ей удар по раненому бедру.

Боль в ноге пронзила ее. Почти подавив крик, готовый вырваться из горла, она машинально выгнула одеревеневшее тело. Заглатывая большими порциями воздух, она ждала следующего удара, который по сути не имел смысла — настолько сильна была боль.

Кохистани стоял с поднятой над своей головой палкой.

— Нет, не надо, я все скажу!

Он снова ударил, на этот раз в полную силу. Сандра закричала от боли, ее разум поплыл, а Кохистани тем временем ударил ее и в третий раз. Сандра взвыла от дикой боли. Не стыдясь слез, она пробормотала придуманную информацию, чтобы предупредить четвертый удар.

Кохистани перестал наносить удары и убрал палку к ножке кровати с выражением лица, которое означало «вот видишь, как неразумно… как бессмысленно ты пострадала».

Она закрыла глаза, пытаясь плакать как можно тише и стараясь собрать остатки потерянной гордости.

— Открой глаза! — приказал он Сандре, глядя на нее свысока. — Ты знаешь, почему твоя страна проиграет в Афганистане? Отважные капиталисты потерпят поражение, потому что они отправляют женщин воевать. Сейчас я позову Рамеша, чтобы он проверил, правда ли то, что ты сказала.