Тот тоненько взвизгнул, так что я даже глаза открыла, чтобы убедиться, что это нужный нам мужчина, уж больно голосок визглив.

Но это оказался нужный нам субъект, но напугался он изрядно. Чалма съехала набекрень, сам он побелел как полотно и трясся будто в лихорадке.

Осторожно поднялась с земли и тут его будто прорвало. То ли простое действие в виде отряхивания платья его так воодушевило, то ли то, что я живая, но он принялся громко и с надрывом причитать на одной ноте, будто его заклинило.

– Не погубите! У меня детки малые, а жена очередного ждёт! Они все умрут с голоду, если я не вернусь домой! Их выгонят из дома, они будут побираться на улицах, мёрзнуть, засыпая на земле.

– Ого, как ты запел! – шикнул на него Тайрон. – А зачем следил за нами, если такой многодетный?

– Не следил я, просто шёл! Тут смотрю, женщина твоя лежит, а тебя нет. Думаю, дай подойду, посмотрю, проверю!

– Это ты проверял меня, когда ногой пнул? – возмутилась я не на шутку.

– Дак страшно, мало ли что? Вдруг ты дохлая, а я отвечай?! У меня детки малые, жена на сносях! – завёлся он по новому кругу, а я уже устала это слушать.

– Значит, по-хорошему ты не хочешь, – задумчиво проговорил Тайрон, – что же, жаль, не хотелось портить кровью такой хороший день, но, видимо, не судьба.

Он так мученически, просто душераздирающе вздохнул, показывая степень своей муки, что даже мне стало его жаль, хотя я знала, что это игра.

Мужик же просто передёрнулся всем телом.

– Ладно! Ладно! Раз уж вы так ставите вопрос, то я скажу, признаюсь как на духу, пусть боги будут мне свидетелями, пусть в следующей жизни я рожусь муравьём, пусть кары небесные не обойдут меня стороной, если я солгу!

– Ты закончил, Шекспир? – не выдержала я этой многословной прелюдии.

– Да!

И тишина.

– Что да? – наконец не выдержала я.

– Я следил!

И опять тишина.

Тут уж и я подняла на дознавателя взгляд, полный муки.

– Слушай, я вообще пацифистка, но ему предлагаю что-нибудь оттяпать для освежения памяти.

– Так! Стоп! Всё скажу! Пусть солнце отвернёт от меня свой лик, чтоб ветры никогда не приносили свежесть мне в окно, пусть небо будет мне свидетелем…

На этом месте я не выдержала и пребольно наступила ему на ногу, отчего он взвыл.

– Кто тебя нанял? – рявкнула я, окончательно потеряв терпение. – Быстро! Имена, пароли, явки и всё как на духу, а то небо мне свидетель, я тебя покалечу малёхо, чисто для профилактики!

Тут уж этот господин растерял всю свою словоохотливость, зато вспомнил важную информацию.

– Рира, не гневайся, всё скажу. Я слонялся по рынку, когда ко мне подошёл господин, что был завёрнут в халат, будто местный, чалма старая, но я-то вижу, что всё неправда.