Трудно сказать, сколько я так простояла, время во сне бесконечно и неопределённо, но внезапно чьё-то присутствие заставило меня резко обернуться… Князь! Безмолвно стоит у колонны и внимательно меня разглядывает. Что-то странное было в его взгляде, непонятное. Но не успела понять, что, когда меня выдернули из сна глухим стуком в дверь.

Глава Шестая. Поклонники

Истинная женщина не волнуется — волнует.

Марлен Дитрих

Ещё не успев до конца проснуться, я грешным делом подумала, что это опять Князь буянит. И у него, вдруг, хобби новое появилось — ходить ко мне в гости в любое время суток и ломиться в дверь.

Но стук был иной, тихий и, я бы даже сказала, неуверенный. Быстро поднявшись с постели, накинула халат, и поплелась открывать, уже приблизительно догадываясь, кто навестил меня с утра пораньше.

И не надо быть прорицательницей. На пороге стояла худенькая, заплаканная девочка, трясущаяся от страха перед неминуемым наказанием. А я мысленно, даже похвалила её за решимость и такое завидное присутствие духа. Молодец, не стала дожидаться, когда я вызову её к себе, а пришла сама. А на такой поступок не у каждой тринадцатилетней девочки хватит смелости.

— Доброе утро, Паола, заходи, пожалуйста.

— Доброе утро, мисс Бишоп.

Как только она вошла внутрь, я захлопнула за ней дверь и закрыла её на замок. Мало ли ещё какие гости решат ко мне заглянуть, а постучаться забудут.

— Присаживайся, Паола. Я сейчас переоденусь и приду."

"— Да, мисс Бишоп, — села на самый краешек стула, сцепив руки в замок и опустив голову.

Может, стоит сразу сказать ей, что высылать домой её никто не собирается? Переживает же ребёнок. Но нет, читать нравоучения — процесс долгий и трудный, требующий железных нервов и минимум жалости к провинившемуся.

Пусть девочка ещё чуть-чуть посидит и до конца осознает всю недопустимость своих действий. Так сказать, проникнется осознанием ночного инцидента.

Быстро умылась и привела себя в порядок. По привычке, а может быть просто назло некоторым особям, надела узкие чёрные брюки и лёгкую блузку с большим, но симпатичным бантом. Помню, как покупала её ещё на Земле в одном модном бутике. На мою фразу: «Покажите мне, пожалуйста, вон ту, бирюзовую блузку!», продавец таким презренным взглядом меня обдала, что я почувствовала себя побродяжкой.

И тут мне пафосно прошелестели в ответ: «Это не бирюзовый цвет, а цвет — «Яйца дрозда»!» Я практически закатилась под прилавок от смеха. И просто не могла не купить эту вещь. И всякий раз, когда мой взгляд натыкался в платяном шкафу на эту красоту, меня пробирало на хохот. Когда собирала вещи перед отлётом сюда, этот элемент гардероба я положила в сумку одним из первых. А если учесть, что на Эквей в почёте цвета этой палитры, то тыкать пальцем в мою сторону никто не будет.