От головной боли, что за считанные секунды усилилась в несколько раз, в глазах всё расплывалось, а к горлу подкатывала тошнота.

— Остановитесь, — прошептала я едва слышно, но каждый звук громом прогремел в неожиданно опустевшей голове, усиливая головную боль в десятки раз.

Я уже почти растворилась в этой муке, ничего не видя перед собой, утонув в ней, становясь сплошным сгустком натянутых нервов.

И вдруг эта боль, будто выплюнула меня в реальность, где больше не было мучений…

Только тишина и стук собственного сердца…

Тук-тук-тук…

А потом постепенно стали возвращаться чувства.

Я сидела на чём-то мягком, голова откинута в сторону, как у сломанной куклы, а мне в рот пытаются влить что-то непонятное. Отчего же непонятное? Вкус очень даже знакомый… Настойка. Моё спасение.

Трясущимися руками, выхватила у кого-то заветный пузырёк и разом осушила его. Этот «кто-то» хмыкнул, но комментарии оставил при себе. Вот правильно, а то не сдержусь и придушу одного высокородного мерзавца, чуть не спровадившего меня на тот свет. От кровавых картинок, в которых я в изощрённой форме придавала смерти заигравшегося эквейта, что промелькнули в голове, даже стало как-то чуть легче.

Жаль, что после такого я сама долго не проживу, казнят же за убийство Его Величества. Да, смаковала я свою фантазию долго… Ох, куда-то меня не в ту сторону понесло.

Лучше просто посидеть пару минут и подождать, когда лекарство начнёт действовать. Самое главное, ни о чём не думать… особенно о своих руках, которые продолжают сжиматься на чужой шее… глазки закатываются, мысль из них уходит…

— Так и будете жить всю жизнь на травах? — насмешливо спросил Князь, находящийся совсем рядом.

Настолько рядом, что я слышала, и даже чувствовала его дыхание.

— Вы меня чуть не убили, — просипела я, будто именно меня душили, а не я кого-то в своей, такой желанной фантазии, но глаза не открыла."

"Век бы его не видеть, гада венценосного.

— Вы преувеличиваете, мисс Бишоп.

— Я преуменьшаю.

— Она же полностью вас блокировала.

— И что? — глаза всё-таки пришлось открыть и застыть от этого чарующего взгляда необыкновенных глаз.

Князь сидел на корточках передо мной, положив руки на свои колени и, слегка склонив голову, меня изучал. Яркая лазоревая прядь волос упала на лоб и глаза.

Мешается, наверное, — подумалось мне, но убирать её не стала. Не настолько я сошла с ума. Вот только минуту назад мечтала его придушить, а теперь сижу — любуюсь. Может, он, когда блок пытался пробить, повредил мне чего?

— С каждым годом ваша боль будет усиливаться… А настойка вызывает привыкание и вскоре вам придётся увеличивать дозу… раз за разом. Когда-нибудь она просто перестанет действовать.

Картину, что обрисовал мне Князь, стала какой-то совсем безрадостной.