Но когда он не смотрит, то замечаешь, что он очень приятен. Вот про таких можно сказать — милый. Когда спит. Зубами к стенке. Конкретно этот просто прекрасен когда хотя бы на тебя не смотрит, не то что спит. Баб наверно штабелями рядом валяется…

Диссонанс. Между внешними данными и тем как его воспринимаешь, причём второе полностью затмевает первое. Впервые такое вижу. Впервые так себя чувствую.

Говорят, человека по одежке встречают. Ага, да. Я тут даже внимания не обратила на нее. Хотя там тоже бывают важные подсказки.

Черный кашемировый свитер с V-образным вырезом, рукава чуть приподняты до середины предплечий. Ну, в принципе, можно сказать, что засучены — признак мужиков быстро раздражающихся если их отвлекают когда они заняты, типа лучше вообще не лезть если увлечен. Учтем.

Пальцы красивые, ровные и длинные. Ногти коротко и аккуратно подстрижены, кожа чистая. Кутикула и заусеницы на большом и указательном как будто темным налетом покрыты. Сомневаюсь что это неряшливость или он не заметил, скорее всего просто не отмылось. Грязной работы не боится. Где грязь, там тяжесть процесса, а из этого уже много выводов можно сделать. Так и запишем."

"На правой руке часы, циферблата не было видно и я не могла разглядеть бренд. А интересно. Потому что ремешок из крокодиловой кожи. Но циферблат не ровно посередине кисти, слегка смещен вверх и в сторону лучевой кости. Правая рука, часы расположены только для своего удобства — пунктуальность. На левом запястье неожиданно, но витый золотой браслет. Не массивный и не широкий, без пафоса или вульгарности. Такой какой нужно. Вкус и знание меры, без загонов на своем внешнем виде. После Андрея прямо греет душу. Что-то меня не в ту степь понесло…

Он поднял на меня взгляд и очень быстро помог вернуться в напряженную вообще-то ситуацию.

— Полина Викторовна, предоставьте сейчас абсолютно все, что мне необходимо подписать. По поводу всего остального решаете со Спасским или Завьяловым. Ко мне обращаться только в случае крайней необходимости.

«Меня разрешается дергать когда вариантов уже никаких. В остальное время чтобы я не помнил о твоем существовании» — это очень ясно читалось в его глазах. И шло полной несовместимостью с моей задачей.

— Я поняла. — Серьезно произнесла я, отвечая сразу и на то, что было в глазах и на то что он сказал.

— Ручку. — Глядя в документы, сказал он.

Что голос, что взгляд — выполняешь все автоматически, еще прежде чем дойдет до мозга. Я отпустила момент, что очень быстро инстинктивно подчинилась. Даже обдумать еще не успела, а уже протягивала ему ручку. Это, разумеется, в разрез шло с моим устройством мира, с моим характером и прочим, но я была бы полной дурой если бы сейчас дала волю раздражению и протесту, как ответу на его влияние.