Но в основном били из орудий калибром в двести десять и еще чаще — сто пятьдесят пять миллиметров. За час нахождения под обстрелом он научился различать их по взрывам.

«Но это еще хорошо, что по данным разведки нет „Большой Берты“, — подумал он. — От ее снаряда в четыреста двадцать миллиметров, упади он даже рядом, наше убежище может и не уцелеть…»

Хотя на разведчиков в этом вопросе полагаться не стоило. Могли банально не увидеть или немцы могли подогнать ББ незадолго до начала артподготовки и в любой момент обрушить ее снаряды на траншеи. Но Михаил молился, чтобы фрицы использовали этого монстра против французской артиллерии, что было бы логичнее…

«Кстати, что там с артой франков? Ведут контрбатарейную борьбу? — подумал он, чтобы думать хоть о чем-то и отвлечься от мыслей о возможном прямом попадании снаряда в их блиндаж.

После каждого близкого взрыва лейтенант выскакивал посмотреть, не ранило или вовсе не убило ли наблюдателя. Но пока наблюдателю везло, только лишь землей его обсыпало, долбя комьями по каске.

Кажется, что обстрел длился целую вечность напрочь деморализуя и более того, подводя психику к опасной черте за которой человека ждало безумие, тихое или буйное, но это уже не принципиально для слетевшего с катушек.

Бадум!

Убежище вздрогнуло особенно сильно и из коридора ведущего наверх ударила упругая воздушная волна пополам с землей, так что сразу заложило уши, а от громкого звука в них сильно зазвенело. Более того, коридор буквально схлопнулся и перекосило стену с потолком, так что множество бревен треснули, а некоторые вырвало из пазов.

К счастью, на такой случай имелся запасной.

Лейтенант бросился наружу и следом за ним Климов.

Одного взгляда хватило, чтобы оценить сильное повреждение траншеи от близкого взрыва «чемодана» прилетевшего точно в траншею. От наблюдательного поста, осталась лишь воронка, а от французского наблюдателя не осталось и мокрого пятна.

— Данилов! — проорал Климов в сильно поврежденный, но все же уцелевший основной проход ведущий в солдатское убежище. — Твоя очередь заступать на наблюдательный пункт! И перископ прихвати! Живее давай!

— А где?.. — пробормотал вылезший из убежища солдат.

— В лучших из миров солдат! Прыгай в воронку. Народная мудрость гласит, что в одну воронку снаряд дважды не прилетает! Так что тебе бояться нечего!

— Точно, вашбродь?..

— Вот и проверим! Давай, не ссы! Свисток не забыл?

— Нет, вашбродь… вот он… — показал висящий не шее большой «боцманский» свисток солдат.

— Ну тогда все в порядке. Не зевай! Как только увидишь фрицев, свисти, что есть мочи!

— Я помню, вашбродь…

Михаил Климов вместе с лейтенантом спустились в солдатское убежище.