Он не мог оторваться от белого хлеба, пусть и не особо свежего, но пшеничного, славгородского, и то, что Лида называла «сгущенка». Почему-то князь был уверен, что такое лакомство не подают и к столу Василевса.

Вчера пришли два корабля из Славграда и князь опешил. Олег и не предполагал, что этот городок, который он всерьез думал, походя разграбить, стал чуть ли не единственным помощником для становления князя в городе. Да, Олег торгует с Сол-датом, а не просто забирает, но город по правде отдал дань, а торг такой больше на пользу князю, чем городу. Или он чего-то недопонимает. Но не может же быть там урожая больше, чем на распаханных полях.

А еще он благодарен был Сол-дату за Лиду. Было время, когда Олег считал, что дева его околдовала, он даже участвовал в специальном обряде, который проводил сам главный волхв Новгорода и приближенный советник князя Гавран. И именно волхв, проанализировав ситуацию, сделал предположение, что Лида, как жена могла бы быть в каком-то смысле полезной.

Из доводов, которые приводил Гавран, было то, что приданного за Лиду город может дать уже изрядно, да и придет на помощь если что. И это могло бы вызвать усмешку на лице правителя Киева, но до того момента, как пришли новости о сражении у стен Славграда. Сол-дат не только отбился, но и захватил просто огромное количество скарба. Его люди даже привезли двух вождей радимичей, которые так же участвовали в набеге, но были разоружены. И получалось, что в следующем году можно будет успеть привести к покорности и северцев и радимичей, что в планах было значительно позже, но половину этой работы сделал граф-боярин.

Вот и получалось, что такое стремительное развитие города при том, что он станет под защитой Олега, может принести много полезного. Князь уже знал, что греки собираются по весне отправить большой торговый караван к Славграду и планируют хорошо сторговаться. А греки, они хитрые и не упустят свою выгоду.

Что же касается Лиды, то только одно препятствие в том, чтобы она стала княжеской женой — ей была уготована роль второй жены, отнюдь не главной. Но проблема решилась сама собой, и князь был даже рад такому стечению обстоятельств. Через неделю после приезда в Киев, Богумила заболела и умерла.

А в то время, как князь и создатель древнерусского государства в разговоре с волхвом решался предложить стать женой перед богами Лиды, чтобы никто другой этого не сделал, были уже просители у князя, сама интриганка предавалась любовным утехам с одним из воинов из ближнего круга Олега — Торстеном Секирой. Любвеобильный, но глупый викинг выполнил поручение Лиды и отравил Богумилу. Он так же уже труп, но чуть позже, та отрава, что девушке приготовила Видана еще в Славграде, действует безотказно, но не сразу.