Поэтому я предлагаю забрать девочек к себе.

— Спасибо, но я откажусь. Хочу побыть эгоистом, они переключат внимание мамы с меня на себя, глядишь через какое-то время она со мною заговорит.

— Я верю в тебя, мой мальчик. Твой отец бы гордился тобою, ты никогда не опозоришь фамилию Умаевых!

Молчу, натянуто улыбаюсь, провожаю грустным взглядом дядю до двери. Как только он уходит, беру телефон. Сейчас я позволяю себе слабость, звоню Стелле. Две недели я не думал о личном, не думал о себе, я постоянно решал какие-то проблемы, с кем-то договаривался, выслушивал своих родственников, организовывал похороны, поминки, потом уже занимался наследственными делами.

— Алло! — от ее жизнерадостного голоса губы трогает еле заметная улыбка.

— Привет, — слышу на заднем фоне заразительный женский смех вперемешку с мужским. Скриплю зубами, почувствовав, как жгучее чувство под названием ""ревность"" полоснуло по сердцу. — Я не отвлекаю?

— Нет, — даже находясь друг от друга за тысячу километров, я чувствую ее улыбку. Прикусываю губу, прикрыв глаза, чтобы воспроизвести ее образ в своем воображении.

Молчим. Мне вполне достаточно слушать ее дыхание, достаточно для ускорения сердцебиения. Эта малость дает больше сил, чем полноценный отдых, крепкий сон, вкусная еда.

Шум отдаляется, понимаю, что Стелла отошла от источника, теперь видимо находилась где-то одна.

— Все хорошо? — в ее голосе звучит забота и переживание, беспокойство конкретно за меня. Это было приятно осознавать.

— Теперь должно быть хорошо. Во всяком случае я на это надеюсь.

— Расскажешь, что произошло? — осторожно спрашивает, я не тороплюсь с ответом. — Я знаю про Булата.

Мне Захар Генрихович сказал. Прими соболезнования.

— Спасибо. Что есть, то есть. Он получил по заслугам за свои грехи.

— Эмин…

— Не надо, Стелла, я уже столько всего выслушал по поводу того, какого чудесного мальчика мы потеряли, что аж скулы сводило, сдерживая себя в желании рассказать родне, какой Булат на самом деле «чудесный»! Ладно, не важно. Я думаю на следующей неделе все вернется на круги своя. У тебя ничего не было важного?

— Нет, Эмин, все у нас стабильно.

— Стабильность — это хорошо. Веселись. Надеюсь, Гена где-то рядом.

— Рядом, куда ж без него, — и задерживаю дыхание, потому что опять чувствую в голосе ее улыбку. — Пока… — и не спешит отключаться.

— Клади трубку.

— Нет, ты первый.

— Стелла…

— Эмин… Я все равно первая не буду сбрасывать звонок.

— Какая же ты бываешь упрямая."

"— Стараюсь достигать своего, — смеется, вызывая во мне ответный смех, пусть тихий, но смех. — Вау! Ты смеешься? Завтра точно будет глобальное потепление! А еще, по секрету, я нашла твою страничку в Инстаграмме.