23 глава

Булат"

"Голова хоть и болит, но чувствую себя отдохнувшим и выспавшимся. Переворачиваюсь на спину и смотрю в потолок, анализируя прошедшую ночь.

Эмин прям взбесился. Нет, он просто был в ярости, таким злым я никогда его не видел. Никогда он меня и не бил. Трогаю пальцами распухшую губу. Сволочь, вмазал от души, словно об этом ток и мечтал много лет.

Поднимаюсь с кровати, плетусь в ванну, где принимаю душ, не смотрю на себя в зеркало, знаю, что приятного увижу мало.

Дома непривычная тишина. Захожу на кухню, возле плиты стоит Сана.

— Привет. А где все? Чего дома так тихо? — сажусь за стол, сестра вздрагивает, испуганно смотрит на меня через плечо, молчит.

 — Сана!

— Ты кушать будешь?

— Я кажется задал вопрос!

— Иман с мамой в больнице, — послушно отчитывается сестра, я хмурюсь, пытаясь понять больше, чем мне сказали, но ничего в голову не приходит. Смотрю на время, туда-сюда уже вечер.

— Ее сегодня забрали, пока ты спал, стало плохо после разговора с Эмином, — Сана выжидающе смотрит на меня, пытаюсь быстро сообразить, какая связь между братом и мамой, больницей. Смутно начинаю догадываться, наверное, вновь столкновение разных точек зрения на меня.

Мама, скорей всего, переволновалась из-за этого разговора. Злость берет верх над здравым смыслом.

— Где она? — резко встаю со стула, сверля гневным взглядом сестру, будто это она виновата в том, что мама сейчас в больнице, а ведь на самом деле виноват был только Эмин.

— В республиканской Эпиндеева. Тетя Камила туда направила маму, сказав, что у нее есть знакомые.

— Отлично, — цежу сквозь зубы, покидая кухню.

Что ж такое сказал Эмин, что мать сейчас в больнице? У меня даже предположений нет.

Переодевшись, вспоминаю, что машину вчера разбил. Не справился с управлением, не въехал в поворот, закрутился и врезался в дерево. Подушки безопасности спасли меня от серьезных увечий, пара царапин не считалось. Эвакуатор оттащил авто на ближайшую стоянку. Поэтому вызываю такси.

В больнице своя суета, свой отдельный мир, в котором я совсем не ориентировался, только благодаря тому, что у Иман с собой был мобильник, нахожу нужную палату. Тетя Камила постаралась, мама лежала одна. Увидев меня, она еле заметно улыбнулась, а я замираю на пороге, не в силах сдвинуться с места от увиденного.

Монитор с какими-то линиями, сердечком и цифрами. Бесконечное множество проводков. Бледное лицо мамы на казенной подушке выглядело совсем постаревшим и изможденным. Иман встает со стула возле кровати, уступая его мне.

— Мама, — в горле стоит ком, беру ее прохладную руку и трусь щекой, заглядывая в тусклые карие глаза. — Что это такое?

— Булат, солнце мое, — шепотом реагирует мама, прикрывая глаза. — Иман, пойди прогуляйся, я хочу побыть с сыном.