"Дарья Стааль

Железный отбор-2. Его выбор

Глава 1

— …И мы решительно осуждаем этот акт бессмысленно агрессии! — торжественно закончила свою речь матриарх.

Королевский сенат сдержанно хлопал, как и положено людям с хорошим воспитанием.

Кто станет отменять важное мероприятие, по такому сущему пустяку, как очередная стычка на вечно горячем Фронтире? Правильно, никто. А потому Королевский сенат состоялся, правда, с небольшим, практически незначительным отходом от регламента.

Министр обороны, изрядно путаясь в бумажках, зачитал уважаемому собранию какую-то статистику потерь, и теперь в числе прочих изображал воодушевление.

Королева-мать произнесла прекрасную речь, в которой наше просвещенное и образованное общество негодовало и обещало выслать ноту протеста кочевникам.

Журналисты стенографировали.

Королевский сенат пафосно заседал.

Я сидела с идеально-прямой спиной, с идеально-вежливой улыбкой в платье с идеально-лежащими складками и чувствовала, как внутри все плавится от злости. Это для Королевского сената Фронтир — абстрактная линия на карте где-то так далеко, что даже не интересно. А для простого народа — это зона вечных боевых действий, куда уходят служить и не возвращается каждый двадцатый боец. Вдуматься только, каждый двадцатый! «Ах, это всего лишь пять процентов. В пределах статистической погрешности», отмахивается министерство обороны, когда я пытаюсь вытрясти из них пыль и нащупать остатки совести.

Из состояния каленого железа меня вывел практически ушат реальности:

— Может быть, юной оре-Титалл тоже есть что сказать? — с плохо скрываемой ехидцей спросила королева София.

Королева София была практически уникальным случаем единения Королевского сената — не переваривали ее решительно все. Сложно сказать, чем конкретно София заслужила такую искреннюю и единодушную нелюбовь — то ли своим исключительным талантом не слышать собеседника, то ли потрясающей узколобостью, то ли поистине королевским упрямством в комплекте с таким же самомнением. И весь этот комплект талантов только что умудрился выдать мне пропуск к самому влиятельному рупору моего мира. Матушка-руда, да я готова была расцеловать эту противную бабищу за ее великолепную глупость!

— Естественно, — со всем возможным достоинством ответила я, величественно кивнув, как и положено благовоспитанной леди.

Матриарх благосклонно улыбнулась, хотя я по ее позе поняла, что королева-мать с превеликим удовольствием бы сейчас открутила Софии голову за нарушение регламента и чистую провокацию наследницы престола.

Но железное слово было сказано.

Королевский сенат заседал в специально построенном для этих целей здании.