59

В нормальных городах телепортационная площадь бурлила и гудела в любое время суток. Но Детрим нормальным городом не был – ночью порталом пользовались такие себе личности, а потому добросовестные купцы и честные путешественники, если их жизнь заносила сюда, ночными часами работы портала не пользовались.

Но к нам это, естественно, не относилось.

– У меня вопрос, – сказала я, с некоторым трудом подстраиваясь под широкий шаг парня.

– М?

– Как мы будем платить за переход?

– Думаешь, моего животного обаяния не хватит? – с озабоченным видом спросил Валентайн.

– Даже моего не хватит, – заверила я, памятуя о том, какой скряга работает на портале."

"– А старые добрые угрозы тоже не сработают? – удивился парень.

– Ты серьезно станешь угрожать портальщику, чтобы он закинул нас куда-нибудь в Беллариум? – возмутилась я.

– Николетта, в этом городе столько демонов, у меня даже глаза разбегаются, что выбрать в качестве аргументации, – спокойно произнес Валентайн. – Вряд ли кто-то рискнет пакостить, учитывая, что мы – уйдем, а демон – останется.

Я покачала головой. Идея мне эта не нравилась, но платить было решительно нечем и, честно говоря, не хотелось – слишком уж противный тип был тот портальщик.

– А вот и наша маленькая целительница со своим чудовищем, – вместо приветствия произнес портальщик, и голос его отразился эхом от домов на пустой площади.

– Он не чудовище, – хмуро проговорила я, споткнувшись на половине фразы.

Хотела добавить и «не мое!», но было уже поздно – Валентайн скалился, портальщик тоже что-то уже себе придумал. И тут я разозлилась окончательно. Единственное, чего я сейчас хотела, это сменить платье, принять ванну и упасть спать! А вместо этого развлекаю одного криминального элемента и одного демонолога своими ответами невпопад.

– И кто же он, если не чудовище? – прищурился портальщик.

– Пациент, – не моргнув глазом ответила я.

– Кто? – обалдел Валентайн.

– Кто? – удивленно моргнул портальщик.

– Пациент, – повторила я.

– И от чего ты лечишь этого… подозрительно здорового лба?

– У него редкая болезнь, – охотно ответила я, – срамная. Чешуей покрывается.

Обалдели все, но по-разному. Портальщик обалдел и попятился, Валентайн обалдел и разозлился.

– Ах ты маленькая… целительница… – прошипел парень.

Я покосилась на демонолога и, ткнув в него пальцем, сказала портальщику:

– Вот, смотри, видишь? Чешуя!

Портальщик окончательно растерялся. Он, видимо, ждал, что я заявлюсь буквально с демоном на цепочке, а я явилась с каким-то парнем с подозрительной бациллой.