— Какой еще ребенок? — недоумевающе пробормотала Венделин. Нет, она была в курсе, что в браке обычно рождаются дети, но при чем здесь они?

— На десяток лет — при твоей поддержке — меня вполне хватит, а потом ты будешь подпитывать нашего ребенка, если его собственного дара не хватит. Раньше отец не торопился захватывать власть, понимая, что мне не продержаться долго в качестве источника энергии артефакта, особенно учитывая затмения и перепады энергии. А сейчас у него развязаны руки.

— Я все еще не понимаю, — пробормотала Венди. — О существовании моего дара он узнал неделю назад. А раньше он как собирался провернуть переворот? Учитывая, что ты — извини, конечно, — можешь откинуться в любой момент?

— Ничего, — отмахнулся Тевейран. — Ты совершенно права, сил, в том числе жизненных, у меня немного. После повреждения каналов я почти не способен творить заклинания. Но как энергетический донор для артефакта вполне гожусь. Мне пришлось бы провести остаток жизни в специальном приборе. Его довели до ума, и он вполне способен делать то же, что и ты, постоянно, но, как понимаешь, выйти на улицу мне бы уже не удалось никогда. Его подключают проводами напрямую к каналам резерва.

Венделин представила себе жизнь взаперти, будучи опутанным проводами, и содрогнулась. Принц Олард вызывал у нее все большее отвращение. Так обойтись с собственным ребенком! Да у него вообще ни совести, ни чувств.

Принц наконец отлепился от косяка и добрался до ближайшего кресла. С благодарностью принял поднесенную Венди воду, откинулся головой на мягкую спинку и вздохнул:

— Вряд ли я протянул бы долго в таком режиме, но у отца готовы запасные варианты. Они, правда, об этом не подозревают, — он безрадостно хмыкнул. — Его высочество Олард давно собирал вокруг себя одаренных огнем, даже самых слабых. Как показывает мой опыт, любого огневика можно привязать к артефакту, было бы желание и техническая поддержка.

— А почему бы ему не похитить Кирсана? Или не захватить дворец, оставив того на положении заложника? — Венди мутило от подобных перспектив, возникавших в ее мозгу, но раз это пришло в голову ей, то, скорее всего, приходило и принцу.

— О, он его слишком сильно ненавидит, чтобы оставить в живых, — хмыкнул Тевейран и отпил из стакана. Нельзя сказать, чтобы он порозовел, но приступ, кажется, миновал. — Если бы не завтрашнее затмение, отец бы приказал убить его на месте.

— Как?! Уже завтра? — вскрикнула Венди и, опомнившись, взглянула в сторону дверей. По ту сторону царила тишина, нарушаемая редким бряцанием оружия, когда один из стражников разминал затекшие ноги. Их же разговор по-прежнему никто не слышал. — Я мало успела узнать про затмение. Только поняла, что оно почему-то опасно для щита.

Тевейран поморщился.