Даже папа, который давно хотел уйти в тень, долгое время не мог этого сделать, потому что по меркам Алаева это рассматривается предательством. Шаг влево, шаг вправо от его правил — и ты будешь казнен.

Я мало что знаю о Ризване Алаеве, но мне с головой хватает и этого. Думаю, мне и не нужно больше информации. Она сможет убить меня. Задохнусь от собственного страха — и не станет меня.

Наверное, мне даже плевать, что есть на свете такие жестокие бандиты. Но только до тех пор, пока их законы не задевают невинных людей, типа меня.

Да, я родилась в семье, что имеет связь с грязными делами Алаева и его банды, но я лично не причастна ни к чему. Вообще ни к чему. Я даже о связи папы с Ризваном знаю лишь в общих чертах.

Отец не стремился посвящать нас в свою деятельность. И был прав. ""Меньше знаешь — крепче спишь», — всегда говорил он, когда мы с Юлей начинали задавать неудобные вопросы.

— Через двадцать минут у меня тут запланирована встреча с другом, — сообщает мне мужчина. — Он будет с женой. Надеюсь, у тебя хватит ума держать язык за зубами?

— Я могу вообще не разговаривать. Связи с женами бандитов меня не интересуют.

Не понимаю, как язык повернулся такое сказать. Быть может, это передачка Юли придает мне уверенности. Почему-то кажется, там найду ключ к своему спасению.

— Зубы показываешь? — хмыкает Ризван. — Не боишься обломать? — глаза бандита вспыхивают недобрым блеском.

— Я просто хотела сказать, что общаться ни с кем не буду, — стараюсь исправить ситуацию.

— Если выкинешь что-нибудь — накажу.

Глава 33

Настя

Я стараюсь доесть все, что мне принесли, побыстрее. Очень хочется скорее узнать, что именно мне передала Юля.

Но даже после того, как расправляюсь с обедом, не сразу рискую спросить о возможности отлучиться в уборную.

Меня вообще начинают одолевать сомнения. А вдруг Ризван прекрасно видел, что сестра приходила не просто так? Вдруг он ждет того момента, когда я отпрошусь в туалет, а там поймает меня с поличным?

Страхи пищат в голове, как надоедливые комары. Я изо всех сил стараюсь не поддаваться сомнениям. Их не должно быть. Ризван, конечно, опасный, сильный расчетливый и внимательный, но не настолько, чтобы на расстоянии заметить осторожную передачу маленького комочка из бумаги.

Делаю глубокий вдох прежде, чем решаюсь спросить:

— Ризван, пожалуйста, можно я выйду? — робко интересуюсь.

— Выйти отсюда с моего согласия ты сможешь только вперед ногами, — холодно отвечает мужчина. — Или ты так и не поняла?

— Нет, прости, я… Мне просто нужно в туалет. Можно?

Алаев молчит какое-то время, но потом все же дает свое согласие.

— Хорошо. У тебя есть пять минут.

Киваю, что понятно.

— Предупрежу сразу: окон в сартире нет, так что сбежать не получится.