"

"Что происходит дальше я уже не слышу, потому что поднимаюсь на этаж, добираюсь до номера и закрываю за собой дверь. После иду в ванную, включаю воду и некоторое время просто стою под горячими струями и пытаюсь прийти в себя. Кожу обжигает горячая вода, но я ее не чувствую. Вместо этого думаю о том, что произошло. У Армана есть документ, согласно которому Яны нет в живых полгода. Я точно знаю, что это невозможно, потому что не так давно видела ее, она ночевала дома, приходила в квартиру и улыбалась мне. Это точно не галлюцинация.

Из мыслей меня вырывает громкий стук двери и щелчок замка. Я знаю, что это Арман, но все равно напрягаюсь. Понимаю, что не закрыла двери по его запрету и жду, когда он зайдет, но он не приходит, позволяя мне быстро выключить воду, вытереться и одеться. Я выхожу в номер словно другим человеком: собранным и спокойным, хотя внутри все равно чувствую напряжение.

— Ты должна мне все рассказать, Катя, — начинает Арман, когда я подхожу ближе и сажусь рядом с ним на кровать. — Все о своей сестре. Дату рождения, любые подробности, особенности, я не знаю, другой цвет глаз, например.

— Я видела ее месяц назад, Арман, — тихо говорю я. — Она наверняка перекрасилась, сменила прическу и надела линзы. По крайней мере я бы сделала так, чтобы меня не нашли быстро, — аккуратно замечаю. — В остальном она как я, разве что красилась всегда выразительнее.

— Шрамы у нее были?

— Нет. Отец не бил ее.

— Тогда откуда, твою мать? — я вижу, как он напряжен, замечаю сжатую до натянутых вен руку и скованное, будто камень, тело.

— Я не знаю откуда бармен знает. Может, сестра проговорилась, — о том, что Яна могла намеренно прикидываться мной, я даже думать не хочу. Как и о том, что сестра может намеренно подставлять меня. Последнее, в силу того, что мне пришлось пережить, особенно гадко и неприятно.

— Ты не замечала странностей в ее поведении?

— Нет, разве что она стала приходить реже домой, практически перестала со мной общаться, но я думала, что это результат ее влюбленности.

— Что еще?

— В каком смысле?

— Смена настроения, смех, слезы без повода, истерики. У вас ничего не пропадало из комнаты?

— Арман, я не понимаю…

— Я просто спрашиваю, Катя. Это очень важно, подумай.

Я вспоминаю то, как сестра вела себя в последнее время. Это трудно, потому что прошедший месяц я только и делала, что думала о том, что дальше, убирала, стирала и привыкала к мужчине рядом. А теперь меня просят окунуться в прошлое, которое кажется мне слишком далеким, каким-то нереальным, но я вдруг вспоминаю ссору с сестрой за пару дней до ее звонка. Вспоминаю, как она кричала на меня и обвиняла в непонимании, а я всего лишь попросила приходить домой почаще. Я бы и не вспомнила об этом, если Арман не попросил.