Напоминает замерший в лед океан, по которому идут глубокие разломы.

— Всё ты понимаешь, Катя. Не играй со мной.

— Мне нечего больше скрывать. Я была слишком шокирована в первый день и не сказала, что девственница. А потом побоялась сознаться, что соврала…

Мужчина выдыхает мне в лицо и я замолкаю.

— Больше это не повторится, — я говорю то, что он ждет от меня.

Арман коротко кивает и отпускает меня. Он переносит крупные пальцы на брюки и застегивает ширинку. Поправляет одежду, которая идеально сидит на его спортивной фигуре. Я смотрю на его толстую стальную цепочку, что выбилась наверх и запуталась за верхние пуговицы рубашки. Арман дергает ее, едва не вырывая пуговицы с мясом, и замечает мой взгляд.

— Я могу наказать тебя и отдать парням. По-настоящему отдать, не только стриптиз и вип-кабинки, а будешь делать всё, что они захотят.

— Не надо.

— Споришь со мной?

Я поспешно качаю головой.

— Нет, прошу. Только прошу.

Он снова молчит и рассматривает меня. Мне не по себе, потому что начинает казаться, что он чувствует мою ложь. Чувствует, что я не договариваю и поэтому не отрывает от меня взгляда. Арман слишком умный и проницательный, он же догадается… он же поймет, что я не та…

— Я оставлю тебя для себя, — произносит он задумчиво. — Будешь танцевать на сцене по вечерам, но больше никаких кабинок. Наедине будешь только со мной.

Он отходит к стеклянному столику и берет пачку сигарет. Выбивает из нее одну и неспешно закуривает, продолжая смотреть на меня. Я словно попадаю на крючок или под стеклянный колпак витрины, где меня можно рассматривать с любой стороны.

— Боишься меня? — неожиданно спрашивает Арман."

"Я теряюсь на мгновение, пытаясь выбрать правильный ответ. А мужчина делает жест ладонью, показывая, что ответ ему не нужен.

— Можно я пойду в душ?

— Иди.

Глава 3

Это просто танец, Катя!

Извиваясь в такт музыке, убеждаю себя.

Передо мной пять возбужденных мужчин. Почти все парни Армана. И только один незнакомый мне. Наверное, из-за него я и волнуюсь. Нервничаю. Он как-то по-особенному смотрит на меня, раздевает взглядом и, кажется, уже пошел гораздо дальше. Снял с меня блестящее от страз платье, проник под трусики и трахнул.

Да, кажется, именно это он и сделал.

Это раздражает. Я злюсь на Армана за то, что он вроде и оставил меня себе, но не освободил от необходимости танцевать. Разве ему приятно, что меня будут раздевать и трахать, пусть только в голове?

— Шевели задом, детка, — слышу пьяные крики и начинаю танцевать активнее, сгибаюсь почти пополам и, грациозно выгибая спину, поднимаюсь.

Замечаю восхищение в глазах присутствующих. Восхищение и порочное, липкое желание. Бросаю взгляд вправо и замечаю одного из постоянных. Дикого, кажется. Он смотрит в упор на меня и дергает рукой под столом.