Мне до боли в кончиках пальцев хотелось наброситься на него и расцарапать ухмыляющуюся рожу, а потом выбить ему зубы и выколоть вилкой глаза!

Джанабаев отпустил меня и довольно улыбнулся. Его глаза горели довольным блеском.

— Прекрасно, — сказал он, а потом подошёл к высокому стулу и, отодвинув его, сказал: — Садись, моя мятежная девочка. Поедим.

Я наблюдала за мужчиной и пришла к следующему выводу: Джанабаев не простит мне эту выходку.

Не простит, если я не заколю его раньше.

Наконец, мы сели за стол.

Еда пахла восхитительно, но мой желудок категорически отказывался принимать пищу.

Положила в рот небольшой кусочек сочного мяса, пожевала, однако, проглотить удавалось с огромным трудом.

От волнения у меня сжималось горло, пересыхало во рту, да и просто хотелось убежать."

"Общество Джанабаева меня не просто нервировало, я его боялась и боялась того, что произойдёт после этого дурацкого ужина.

Артур бодро о чём-то говорил, рассказывал какие-то нелепые случаи из своего детства, но я слушала его в пол уха и лишь кивала, не предпринимая никаких попыток поддержать разговор.

Он разлил по бокалам красное вино и предложил тост:

— За нашу совместную жизнь, дорогая моя.

Я едва «удержала» лицо, чтобы не скривиться при этих словах.

Криво улыбнулась и сделала небольшой глоток.

— Расскажи что-нибудь, Лена, — вдруг попросил меня Артур.

Я стиснула зубы и поджала губы, а мужчина лишь наслаждался моим состоянием неловкости и обречённости.

— Я вела обычную жизнь… — сказала сухим и безэмоциональным тоном, оставив в конце неоконченные слова, намекая на то, что моя жизнь резко изменилась с появлением Джанабаева.

Он хмыкнул.

— Ты ничего не ешь? Не нравится?

— Наоборот, всё очень вкусно, — сказала, вяло ковыряясь в тарелке.

— Тебе нужно хорошо питаться, Лена. Силы тебе понадобятся.

Я застыла и напряглась от его слов. Силы для чего? Для борьбы? Побега? Или плотских утех?

Ничего не ответила и откусила ещё кусочек вкусного и ароматного мяса.

Мужчина следил за мной и сам ел очень мало.

Сволочь.

Я использовала всю силу своего терпения, чтобы остаться сидеть на месте и не дёргаться от каждого звука и слова Артура. На самом же деле, мне хотелось вскочить со стула и убежать, хоть дверь и была заперта, а за дверью поджидал громила-охранник.

Мне было страшно.

Я крепко сжимала в руке нож, предназначенный для мяса — острый, длинный, с мелкими зубчиками, как у пилы.

Мои ноги под столом мелко дрожали.

Либо сейчас, либо никогда.

И я приняла решение.

Чтобы унять своё волнение, взяла бокал с вином и залпом выпила.

Отставила бокал и посмотрела на мужчину долгим взглядом.

Джанабаев оторвался от своей тарелки и улыбнулся уголками губ.

— Ты хочешь мне что-то сказать?

Сглотнула и кивнула.