Шли большие осенние полковые манёвры. Пройдёт ещё пара недель, нагрянут первые серьёзные морозы, ротам нужно будет сворачивать полевой лагерь и возвращаться в городские казармы. Пока же они были заняты боевой учёбой.

В октябре полк ждали две отстроенные за лето казармы. Тюкали топоры и дзинькали двуручные пилы. Рядом с уже готовыми строилось ещё несколько зданий.

— Вроде и не обманул генерал-аншеф, поставил казармы, а их ведь ещё доделывать и доделывать, — покачал головой Егоров, трогая стены изнутри. — Сырое всё, наспех собирали. Александр Павлович, — обратился он к Рогозину, — мы давай-ка не будем спешить с переселением от семёновцев.

До зимы всю внутреннюю часть зданий обобьём, протопим их капитально, чтобы сырость из дерева выгнать, а уж потом и батальоны вовнутрь заведём.

— Тоже это хотел предложить, — кивнул тот. — Через месяц нам ещё пару жилых зданий сдадут, потом конюшни и склады. Вот всё вместе бы разом и занять. Предлагаю в помощь плотникам ребяток наших отряжать, оно бы тогда и делалось быстрее, и егерям бы, что своими руками строили, — это дороже было. Глядишь, и полковую мастерскую со стрелковой школой до морозов успели бы поставить.

— Согласен, — кивнул Алексей. — Поговорите, Александр Павлович со старшими на стройке, вызнайте, сколько и кому помощников нужно, и отряжайте рабочие команды.

Совершенно случайно на должность начальника полковой оружейной команды нашёлся свой офицер. Так уж получилось, что командиры первого батальона отмечали день рождения капитана Горского в одном из довольно приличных трактиров. Всё было хорошо до того момента, пока туда не пожаловали преображенцы, уже весьма подвыпившие.

Конфликт, как обычно, завязался из пустого. Кто-то на кого-то косо посмотрел, случайно толкнул плечом при выходе «проветриться». В общем, была драка, переворачивание столов и кроме пьяных морд ещё и битие посуды. Попало мимоходом и хозяину заведения со всей его прислугой. Что интересно, прибежавшим комендантским патрулём были задержаны только несколько преображенцев и пехотных офицеров, тоже принявших участие в этом увлекательнейшем мероприятии. Ни один из егерей пойман не был.

— Ваше высокородие, не виноваты мы, поклёп со стороны преображенцев! — кося подбитым глазом, пробасил стоящий в шеренге перед бригадиром Горский.

 — Мы их до последнего пальцем не трогали, пока они подпоручика Огарёва втроём на проветривании не поколотили. Тут уж, конечно, не сдержались, признаю. Ну зачем же вот так кучей, да на одного? Он же у нас самый маленький! — толкнул он локтем стоящего рядом Костика.

— А нельзя было совсем без этого? — уже остывая, проговорил более спокойно Егоров. — Мне уже влетело на утреннем рапорте от командующего гарнизоном.