Мрачно смотрю на него - его мой взгляд не смущает, он с прежней, хорошо знакомой мне упертостью продолжает давить, стоять на своем.

И я с раздражением отталкиваюсь от окна.

- Иди к крыльцу, - бросаю.

Когда открываю дверь - сразу складываю руки на груди, давая понять, что раз меня выгоняют - то и никого из них здесь тоже не ждут. Виктор протягивает мне бутылку, всучает ее почти силой и проходит мимо меня в дом.

- О чем разговаривать будем? - мне ничего не остается, лишь плестись следом за ним в кухню и общаться с его широкой спиной. Мысленно ругаю себя, что впустила его - надо было полицию вызвать, если он не уберется.

Уколоть его этим. Его же самого отстранили от службы.

Вот только эти мысли не всерьез, у меня бы рука не поднялась натравить на него его коллег. У этого человека самая простая и лучшая защита от всего - его оберегает любовь.

- Тут фрукты, - он кладет пакет на стол и по-хозяйски открывает шкаф, достает бокалы, отодвигает подальше мою кружку, показывая, что чаепитие закончено. - Ну что ты так на меня смотришь? - поднимает глаза. - Выходной же. Рано вставать тебе не надо. Давай выпьем.

В его голосе почти приказ, в руке штопор. Меньше всего он сейчас на человека похож, который еще час назад целовал мое тело и спрашивал разрешения сделать мне приятно.

- Я пью чай, - тянусь к кружке.

- Нет, - он приближается на шаг и забирает у меня бутылку. Ловко орудует штопором и достает пробку. Он небрежно плещет в бокалы вино, и бордовые капли россыпью украшают стол. - Держи.

Кошусь на бокал и качаю головой.

- Не хочу, я же сказала.

- А почему ты не хочешь? - Виктор опирается поясницей на стол. Делает глоток, смотрит мне в глаза. - За ребенка переживать не надо, раз его нет. Его же нет?

Молчу и переминаюсь на месте."

"- Я бы хотел девочку.

Не отвечаю, кусаю губу.

- Но у меня никогда не будет дочери, - продолжает он, отпив из бокала, он не на меня смотрит, а я все равно чувствую его внимание кожей. - А у тебя будет, так? - он отставляет бокал, берет меня за шею, поднимает к себе лицо. - Дед поделился новостью. Это, правда, да? Ты не сделала аборт.

Глава 97

Он сказал это вслух - и сразу стало легче, что мне не придется признаваться самой, сама бы я дотянула, наверное, до самого рождения ребенка.

- Не сделала, - повторяю эхом. Ладонями опираюсь на спинку стула. - Но на меня наседали. Он меня чуть не ударил, - вспоминаю бешеное лицо Арона и его проклятия в сторону клиники и морщусь. - А потом он привез меня к отцу. Чтобы тот меня выпорол. А после Тина…- тут мне даже говорить ничего не хочется, в ушах звучит ее жеманный голос и как она присюсюкивала, мол, поздоровайся с будущим сыном. - Как с ним разговаривать, если он такой. С Тиной.

Виктор молча пьет вино и слушает. Смотрит на меня.

А я стою тут и жалуюсь. Нашла кому, боже мой.

Она ведь его невестой была.