А разрумянившаяся и восторженная Санни, выскакивающая из-за угла и швыряющая в меня мяч с воплем: «Морда-морда, я кирпич, иду на сближение!» станет одним из самых дорогих моих воспоминаний.

* * *— Приходите к нам в субботу.

Близняшки Забини смотрят на меня со смесью недоверия и отвращения.

— Моя бы воля, я бы вас к Барсучьей гостиной за пять миль не подпустил! Но Санни вас приглашает.

Разворачиваюсь и ухожу на ужин, оставив Забинь осмысливать услышанное и мечтая, чтобы они восприняли приглашение как дурацкую шутку.

Но в субботу, подходя к гостиной Хаффлпаффа, вижу обеих, неловко переминающихся у портрета. Интересно, а чего это они так расфуфырились? Неужели думают, что Санни устраивает великосветский раут с фуршетом и танцами? Не, фуршет, конечно, есть; меню называется «Что найдешь — то твое». И танцы. На столе. На спор. С раздеванием. Хе.

Топчутся, не заходят. Боятся? Ох, я ж им пароль не сказал…

Подхожу.

— Shit happens!

Монах загибает в семь этажей, но открывает вход. Пропустить дам вперед? Щаз!"

"Шум, гам, сигаретный дым, летающие в воздухе бутылки с пивом, — райвенкловцы постарались, хватай любую. Роза посылает мне воздушный поцелуй из угла, где без отрыва от производства (а именно — от бокала с огневиски) предусмотрительно варит в гигантском котле антипохмельное зелье. Она вообще от зелий без ума, а уж антипохмелин благодаря ежесубботним гулянкам теперь варит за три минуты сорок семь секунд с закрытыми глазами. Ловлю целеустремленно направляющееся куда-то пиво, чокаюсь по очереди с обоими Поттерами, салютую председательствующему на диване Форвику. Санни настраивает гитару, сидя на своем всегдашнем месте у камина, рядом неизменно меланхоличный Хью накачивается неизменным кофе.

Забини застыли на пороге, ошалело таращась на услужливо покачивающиеся перед их носами бутылки. Не могу сдержать смешок: то ли еще будет! Впрочем, когда я пробираюсь через гостиную к Розе и получаю от нее уже не воздушный, а самый что ни на есть настоящий поцелуй, Забини меня перестают интересовать.

— Now that I've lost everything to youYou say you want to start something newAnd it's breaking my heart you're leavingBaby I'm grieving…Шум стих, как будто на всех сразу наложили Силенцио.

— And if you wanna leave take good careHope you have a lot of nice things to wearA lot of nice things turn bad out there!А потом грянули хором, словно заклятье тишины резко спало:

— Oh baby, baby, it's a wild world!It's hard to get by just upon a smile.Оh baby, it's a wild world!I'll always remember you like a child girl!..Я предполагал, что главные слизеринские змеюки-интриганки будут шокированы.