- Куски какие-то, фрагменты, каждый в отдельности вроде бы логичен, а сложишь вместе - ничего не получается, нет цельной картины.

- Ладно, - покладисто согласился Коротков, - давай по фрагментам пройдемся, глядишь - вслух-то оно ловчее выйдет.

- Смотри, что получается. У нас есть Андрей Степанович Погодин, и нам сообщили из города, где он живет, что он вполне процветает в своем бизнесе и поддерживает давние дружеские и деловые отношения с Семеном Львовичем Иваницким и его супругой Аллой Евгеньевной. Дружат, так сказать, семьями. Более того, злые языки утверждают, что у Андрея Степановича уже много лет.

роман с Аллой Евгеньевной, но это, как говорится, к делуне пришьешь, это так, для информации. Погодин и супруги Иваницкие занимались фальсификацией уголовных дел, о чем и написал Игорь Нестеров в очередном выпуске своей рубрики. Начальник управления собственной безопасности областного УВД на материал отреагировал правильно, но силы и мужества довести дело до конца у него не хватило, вследствие чего Погодин и Иваницкие были просто уволены, но уголовной ответственности избежали. До этого места все понятно.

- Понятно, - согласился Коротков. - Давай дальше."

"- Проходит довольно много времени, почти два года после их увольнения, и вдруг они проявляют интерес к материалам, оставшимся от журналиста. Зачем им эти материалы? Это первая дырка в моих рассуждениях.

- А вторая где?

- Не перебивай, у меня и так мозги в разные стороны разбежались. Погодин вступает в контакт с Боровенко, запугивает их тем, что если материалы выплывут, а в черновиках Нестерова названы настоящие фамилии, то их сынку несдобровать.

Боровенко верят и берутся помочь. Они же правовых тонкостей не понимают и не догадываются, что если бы на основании этих материалов можно было привлечь кого-то к ответственности за фальсификацию конкретно того дела, по которому проходил их сын, так сын давно бы уже сидел, потому что фальсификацию доказали бы и дело направили по вновь открывшимся обстоятельствам или в порядке надзора на пересмотр. А раз пока все тихо, стало быть, именно по этому делу ничего доказать невозможно. По другим эпизодам что-то доказали и кому-то вменили, а здесь все обошлось. Но Боровенко ничего этого не понимают и слепо верят Погодину: надо найти материалы, не то сыночку придется идти под суд. Они получают первое задание: установить подслушивающее устройство в квартире Богданова, где соавторы собираются два раза в неделю и обсуждают сюжеты для очередной книги. Это разумно.

Потом, как показывает Боровенко, Глафира Митрофановна случайно ломает аппарат, и прослушивание квартиры делается невозможным.