Но боялся, что тому придётся принимать кардинальные решения – возможно даже, нарушить закон и даться в бега в один из миров, который не является членом ООМ. Но какая судьба тогда ждёт малышку Лайми? Она окажется оторванной от бабушки, дедушки и других близких.

Глаша влетела в комнату. Сердце выпрыгивало из груди от догадок, которые родились после завуалированных намёков доктора. Что ещё за врачебная тайна? Какое такое состояние у Зурим, про которое он не захотел говорить открыто, но при этом заверил, что угрозы здоровью нет. Зурим что, беременна? У неё токсикоз? Но как такое может быть? Отношения с Бриусом начались всего несколько дней назад и никак не могли успеть дать такие последствия.

Глянув на подругу, которую била мелкая дрожь, поняла – догадки могут оказаться правдой. Она села рядом, обняла за плечи и скомандовала:

– Рассказывай.

Рассказывать Зурим ещё долго не могла. Но, к счастью, вскорости явилась прислуга, которая принесла свежие фрукты и лекарство, которое передал доктор. До фруктов восточная красавица даже не дотронулась, но микстуру, которая оказалась успокоительным, по настоянию Глаши приняла. И спустя минут пятнадцать дрожь начала ослабевать и к Зурим вернулся дар речи.

– Даже не знаю, радоваться или плакать, – растерянно сказала она.

– Ты беременна?

– Доктор уверен, что да. Провёл какой-то тест.

– Эх, Зурим, Зурим, – Глафира покачала головой. – В тихом омуте…

Такого она совсем не могла ожидать от робкой восточной красавицы. Как обухом по голове. Только-только всё начало налаживаться, и у подруги появился шанс стать счастливой. А тут выясняется такое.

Зурим прижалась щекой к плечу подруги.

– Глаш, вообще-то этого никак не могло случиться. Хотя я так этого хотела. Так хотела, – начала сбивчиво говорить восточная красавица. – Думала, раз уж у меня никогда не будет суженого, то хотя бы малыш. Какой смысл жить, если ты не можешь подарить жизнь другому? Я создана для того, чтобы кого-то любить. Кого-то, а не небеса с их светилами. Но тогда я не знала, что всё же встречу суженого, только в другом мире. А теперь не знаю, радоваться или плакать.

И она всё же заплакала. Беззвучно. Просто слёзы неконтролируемо текли по щекам.

– Расскажи по порядку, – попросила Глаша. – Как это случилось?

– Это Абеллиин…

– Ваш главный астролог? – переспросила Глафира. – Он отец ребёнка?

– Он начал странно вести себя ещё год назад. Делал такие двусмысленные намёки. Какая я красивая, и, быть может, моя судьба принадлежать не одному мужчине.

– Козёл он, а не Абеллиин, – в сердцах прокомментировала Глаша.

– Я не обращала внимания. Ждала своего суженого. Потом, когда мне исполнилось 21, – Зурим тяжко вздохнула, – ты уже знаешь, мне объявили волю небес.