Я решила, пусть лучше меня сожрет монстр, чем жить без любимого Джара.

– Повезло, командир, что вы выяснили это до возвращения к озеру. А не после. Со своей любовью она простит слияние в горячке.

– О чем вы говорите? – простонала я, запуская руки Джару под майку. – Любимый, можно я потрогаю вот здесь… и здесь тоже?..

– Клянусь звездами, это самая мучительная операция в моей жизни, – простонал Дейти. – Даже когда мне кишки вырвали дроны, было не так больно.

В этот момент мы взбежали на обжитую, знакомую до последнего камешка площадку. Вернувшиеся с операции бойцы с ходу ныряли в озеро.

Джар отдал приказ остававшимся в лагере десантникам:

– Усилить охрану. Адамир, ложемент в грот, прямо сейчас, у нее спина располосована.

И вместе со мной прыгнул в воду. Я взвизгнула, потом, отфыркиваясь, заколотила руками по воде. Джар, перехватив меня под грудью, поплыл к водопаду. Нырнул – и мы скрылись ото всех в купели за стеной воды. Встав на ноги, мы прижались друг к другу и задрожали от желания.

– Пей, слышишь, пей больше, – приказал Джар.

Краем глаза заметила в гроте Адамира с ложементом.

Он грустно улыбнулся и исчез.

– Мне плохо, больно, – заныла я, содрогаясь всем телом.

Джар осторожно снял с меня майку, потом лифчик, остальное с какой-то безумной лихорадочностью содрала сама.

– Попроси, единственная моя, просто попроси, – просипел Джар, обнимая мое лицо ладонями и заглядывая в глаза.

– Да-да-да, возьми меня, пожалуйста, – я в нетерпении тянулась к нему.

Джар стремительно избавлялся от одежды, а я мешала – терлась об него, как мартовская кошка, трогала, поглаживала. Меня больше ничего не останавливало, не пугало, не удивляло.

Я сходила с ума от желания и ныла от сосущей пустоты внизу живота, от боли в груди. Перед глазами ярко мерцали искры, кровь шумела в ушах. Джар развернул меня к себе спиной и, придерживая за плечи, начал жадно ласкать, доводя до исступления. Я буквально содрогалась в его руках от первого, дико болезненного, но столь необходимого чувственного облегчения.

– Мой янт… мой… – шептала я в полузабытьи, в то же время остро воспринимая любое движение, касание, поцелуй.

Джар резко подхватил меня за талию и посадил на берег, а сам встал вплотную и горячечно зашептал, лаская мои плечи:

– Прости! Прости, сейчас не будет нежности и ласковых слов.

Мне тяжело контролировать себя. Я хочу, чтобы ты запомнила этот момент. Вспомнила потом, когда придешь в себя… Я не знаю, что такое любовь в понимании землян. – Джар взял мою ладонь и прижал к своей груди, поймал мой взгляд. – Ты у меня вот здесь, Таяна, внутри, с первого взгляда. Мне будет очень сложно жить дальше, если тебя не будет рядом. Сейчас мы соединимся навсегда.