Она смотрела на него поверх склоненной головы Эви и дерзко улыбалась. Подмигнув, она отвела глаза. Вероятно, француженка считала, что Энн страдает от неутоленного желания. Ах, если бы!

— Мы будем помолвлены, по крайней мере, до конца зона, — с томной улыбкой прошептал Стивен на ухо Энн. Селеста должна была подумать, что он говорит слова любви. — Если нет, погибнет не только твоя репутация, и сезон Эви. Вспомни сцену, ставшую всему причиной. — И то, что впоследствии происходило в странно украшенной комнате Крейн-Хауса, конечно. Впрочем, об этом Стивен предпочел не напоминать, хотя сам ничего не забыл. Покинув Крейн-Хаус, он снова и снова переживал каждое мгновение — сладкий аромат кожи Энн, влажное тепло ее рта, дрожь ее хрупкого тела.

У него было много женщин — ну ладно, очень много, — но ни одна из них так не притягивала и не интриговала его.

— Конечно, я помню. Разве такое забудешь? Я никогда в жизни не испытывала такого стыда.

Стивена раньше никогда не привлекали женщины-воительницы. Некоторые мужчины считают, что несдержанные женщины особенно горячи в постели. Однако практика показывает, что если женщина кричит и спорит в гостиной, в спальне она занимается тем же самым. Энн была другой. Он мог бы побиться об заклад на годовой доход, что ее колючесть вызвана не плохим характером, а чем-то иным. Возможно, тут есть какая-то связь с маркизом Брентвудом.

— Не могу поверить, что стала участницей такой позорной сцены, — сказала она. — Если бы ты не был так пьян…

Стивен прижал палец к губам Энн и почувствовал, как она задержала дыхание. Ее глаза изумленно расширились.

— Если бы ты дала мне должный отпор, Энн, я бы остановился. Даже совершенно пьяный, я не стал бы настаивать. Я уже говорил и могу повторить еще раз: не надо меня бояться.

Энн тряхнула головой:

— Я вовсе не боюсь тебя, наглец!

Она лгала и сама это понимала. Она очень боялась, если не его, то чего-то другого. Чего?

Он это выяснит со временем — не сейчас. Усмехнувшись, Стив взял Энн за подбородок и повернул к себе лицом.

— Что-то ты слишком волнуешься, когда речь идет обо мне. Твоя сестра сказала правду? Ты давно сохнешь по мне?

Энн покраснела и отвела глаза.

— Конечно же, нет. Мы только что познакомились.

— Да, но сестрам обычно известны самые страшные тайны друг друга.

Энн на мгновение встретила его взгляд, но тут же отвела глаза. Высвободившись, она подошла к столу, за которым сидели Эви и Селеста.

— Ты уже нашла для себя платье, Эви? — весело поинтересовалась она. Только ее веселость казалась неестественной.

Леди Энн Марстон определенно была интересной, необычной штучкой. Энергичная и робкая, смелая и в то же время застенчивая. Такое сочетание может свести с ума.

Хорошо, что он любит загадки.