Дождь едва моросил, пока Стивен помогал Энн спуститься на землю и передавал лошадь конюху, но, как только они переступили порог гостиницы, хляби небесные разверзлись.

— Нам повезло, — сказал он.

Энн кивнула. Чем скорее они смогут остаться наедине, тем лучше.

— У вас найдется комната для меня и моей жены? — спросил он у хозяина, толстого и невысокого субъекта с веселым добродушным лицом. Стивену показалось, что его рост и ширина совершенно одинаковы. — Начался ливень. Кто знает, когда он закончится.

— Вы правы, сэр. Судя по тому, как сильно у меня ноют кости, дождь будет идти всю ночь. — Он взял со стойки ключи. — У меня есть комната, но только одна. За последний час уже несколько путешественников решили прервать свой путь из-за ненастья.

— Одна комната нас вполне устроит, — сказал Стивен.

— Проходите сюда. — Хозяин повел их вверх по узкой лестнице и показал маленькую, но чистую и уютную комнату. — Вот здесь можете устроиться.

— Спасибо. Пожалуйста, как можно скорее пришлите нам легкую закуску и большой чайник горячего чая, а бутылку бренди — немедленно.

— Сделаю, сэр. — Хозяин поклонился.

Через пару минут кто-то поскребся в дверь. На пороге возник слуга с бутылкой бренди и двумя стаканами.

— Закуски и чай почти готовы, сэр.

— Превосходно. — Стивен налил в стакан щедрую порцию бренди и протянул Энн: — Выпей.

Она покачала головой.

— Это поможет.

Энн снова покачала головой. У Стивена разрывалось сердце. Куда подевалась его страстная вспыльчивая возлюбленная?

— Тогда сядь рядом со мной у огня. — Он подвел ее к маленькому диванчику, усадил, сам опустился рядом и снова протянул стакан: — Сделай хотя бы глоток.

— Не хочу.

— Доверься мне.

Она пристально взглянула на Стивена, вздохнула, послушно взяла стакан и поднесла к губам. Напиток обжег язык и горло, но сразу разлился по телу живительным теплом.

— Лучше? — Стивен взял стакан и поставил на столик.

— Немного.

Энн положила голову ему на плечо и затихла, следя, как пляшут в камине оранжевые и желтые языки пламени. Она слышала, как вошел слуга, расставил на столе еду и снова вышел.

— Ты хотел поесть.

— Позже.

Стивен дал Энн еще один глоток бренди. Медленно, очень медленно она расслаблялась. Жар огня, тепло бренди и нежность Стивена в конце концов растопили лед, сковавший ее сердце. Чувства вырвались наружу.

Энн закрыла лицо руками и разрыдалась.

Господи, ей было так страшно, сначала в экипаже с бандитом, а потом когда ее схватил Брентвуд…

— Энн, послушай меня. — Стивен обнял ее и крепко прижал к груди. — Все закончилось. Старайся больше не думать о случившемся.

Но слезы продолжали струиться по ее щекам.

И лишь когда рубашку Стивена можно было выжимать, слезы наконец иссякли. Энн вытерла лицо и снова положила голову на грудь Стивена.