Поэтому прежде я продумала план. Затем нашла девицу, известную в определенных кругах колдунью. И попросила ее свести Томаса с ума. Вот ирония судьбы! Он запер меня в этой лечебнице, поэтому я хотела, чтобы он хлебнул из этой же миски полной ложкой. Сам прошел через унижения, которые уготовил для меня.

— Если бы вашего сына признали умалишенным, то ему по суду назначили бы опекуна, — медленно проговорила я и замолчала, ожидая, что леди Патрисия скажет дальше.

— Да, и этим опекуном стал бы мой муж. — Леди Патрисия кивнула с лихорадочным блеском глаз. Затараторила: — Не могу сказать, что я в восторге от своего супруга. Но он очень легко относится к деньгам. Когда они у него водятся, конечно. Не сомневаюсь, что он бы щедро поделился со мной свалившимся на голову состоянием, когда бы узнал, что именно благодаря мне разбогател.

Я мысленно зааплодировала Джессике. А верткая девица, ничего не скажешь! Получается, рыжую аферистку наняла леди Патрисия, но она не упустила удобного случая и заодно решила стрясти денег и с лорда Грегора Бейрила.

Правда, в этой истории имелись две серьезные нестыковки. Во-первых, Джессика познакомилась с Уолтером гораздо раньше, чем леди Патрисия пострадала от взрыва. А во-вторых, как я успела узнать, в лечебнице крайне не одобряются посещения больных посторонними лицами. Только родственникам разрешены краткие визиты. Отсюда следует вопрос: как же леди Патрисия умудрилась обойти это ограничение? Неужели вступила в сговор с какой-нибудь сиделкой? Нет, бред! Все девушки, с которыми я познакомилась здесь, искренне ценили свои места и вряд ли пошли бы на столь значительное нарушение.

«Есть объяснение намного проще, — вдруг осознала я. — Все это было затеяно намного раньше того момента, когда леди Патрисия попала сюда. Все ее слова насчет обиды из-за взрыва — ложь. Леди Патрисия прекрасно знает, что не Томас виновен в том происшествии. Ей просто надоело, что сын строго контролировал все ее расходы. Захотелось прежней легкой беззаботной жизни, которую она вела, когда у ее мужа водились деньги. Теперь понятны все временные нестыковки, которые имелись в моих рассуждениях. Джессика начала действовать еще до разрыва помолвки Томаса и Анабель. И все шло хорошо до поры до времени. Но что же заставило ее так резко переключиться с процесса выставления Томаса безумцем на расследование убийств лорда Митчелла? Это все еще остается загадкой!»

— Правда, я все замечательно продумала? — требовательно спросила у меня леди Патрисия и до побелевших костяшек стиснула руки, которые держала на коленях перед собой.