И… снова мне снится не горячая актриса из просмотренных фильмов для взрослых. Мне снится соседка… В своей медвежьей пижаме.

Чтоб ее!

Собственно, в моих снах с Алиной вообще нет никакой откровенной пошлости! Только детали: как подхожу сзади и втыкаюсь носом в ароматный шелк волос, как прижимаюсь губами к венке на шее, целую за ушком и спускаюсь ласками на плечи. Спускаю бретели кофточки. Как от тяжести груди она падает ещё ниже на талию….

Ооо! Черт!

Опять просыпаюсь, резко садясь на кровати. Сердце колотится. В паху ломит.

Пытаюсь отдышаться и придти в себя, но вдруг слышу звонок в дверь.

В мутном сознании мне почему-то кажется, что это Алина. Будто слышу ее голос. И, надев только шорты, я сонно выползаю в прихожую.

Щелкаю замком…

Дверь распахивается шире, будто ее ударили с ноги.

— Сукин ты сын… — слышу утробное мужское рычание и едва успеваю поднять кулаки в стойку, как получаю по ним серию увесистых, хлестких ударов.

Не остаюсь в долгу и тоже начинаю гасить в ответ. Сначала слепо, на адреналине, имея просто тупое желание выжить, а когда мои противники немного убавляют пыл, начинаю соображать, что где-то видел своих визитеров. Но разве этих бородатых разберешь! Все на одно лицо.

— Нападение на офицера полиции — предупреждаю их. — Это статья. От пяти лет лишения свободы! Лучше бегите, идиоты…

Все равно найду.

В копчик падает паника — их двое. Пространство узкое. Явно не внимают к угрозам. Если начну их гасить серьезно — то это только убивать. А нифиг оно надо! Из-за придурков. Это ж конец карьеры! Но с другой стороны, если они не оставят выбора…

Душевные метания стоят мне пробитой по печени и в нос «двоечки».

Загибаюсь, чувствуя, как мужики прижимают меня к стене.

— Ты что, родню не узнаешь? — Басит тот, что повыше меня на голову. — Прятаться вздумал? Давай тебя тоже в больничку отправим?

— А я говорил отцу, что не свой он, раз погоны надел, — вторит ему второй. — Но ты даже не думай соскочить!

Приложив меня затылком о стену, отпускает.

Я стираю кровь из-под носа рукавов и поднимаю глаза. В моей голове, наконец, щелкает… Шагаевы. Братья Лили собственной персоной.

— Ну и наворотили вы мужики, — усмехаясь, недобро качаю головой. — Чего озверели то?! Вам с рук это не сойдёт. Обещаю.

— Че ты сказал? — Подлетает ко мне первый.

Я успеваю дернуть со стены железную обувную ложку и выставить ее вперед.

— Только подойди. Месяц обратно ее срать будешь.

Пошатываясь, поднимаюсь."

"Гладя на их тупые, застывшие лица, оскаливаюсь.

— Быстро! Суть! Какие ко мне вопросы? За то, что вчера не приехал, прошу прощения. Был на работе! — Сразу добавляю в диалог агрессии.

— Сестра плакала из-за тебя весь день а! — Бузит тот, что пониже.